Моше просит Б-га разрешить ему войти в Эрец-Исраэль, но получает решительный отказ. Новым лидером нации станет Иешуа бин Нун. Далее Моше напоминает сынам Израиля о даровании Торы у горы Синай. Пророк говорит, что весь народ удостоился Синайского Откровения, а не избранная элита и что за всю историю человечества только евреям, вышедшим из Египта, довелось вступить в прямой контакт с Б-гом. Поэтому на них лежит особый долг передавать память о даровании Торы своим детям и более отдаленным потомкам. Моше предупреждает, что, если евреи, поселившись в Эрец Исраэль, начнут отдаляться от Б-га, то будут изгнаны из страны и рассеяны среди других народов. Их останется мало, и они будут тяжело страдать, но в конце концов раскаются и вернутся на путь Торы.
***
«Слушай, Израиль, Господь наш Б-г, Господь Един!» (6:4).Первый стих в молитве «Шма, Исраэль!» похож на трафарет «рисунка по цифрам»: на бумажном листе расположены, на первый взгляд, совершенно хаотично цифры, которые надо соединить линиями — от единицы к двойке, от двойки к тройке и т. д. Из проведенных линий получается красивая картинка.Такое рисование содержит в себе три элемента: сами цифры, линии, соединяющие цифры в определенной последовательности, и построенное этими линиями изображение.Первая фраза молитвы «Шма» содержит три Имени Б-га: Ашем — тетраграмма, непроизносимое четырехбуквенное Имя Всевышнего; Элокейну — буквально «наш Б-г»; и затем опять Ашем. Однако это повторное Имя отличается от первого, поскольку сразу за ним следует последнее слово в стихе: «Эхад» — «Един».Аризаль (великий каббалист XVI века рабби Ицхак бен Шломо Лурия) объяснял, что эти три Имени выражают три разные, наполненные глубоким мистическим смыслом концепции: «хохма», «бина» и «даат», которые обычно переводят одним словом — «мудрость». Они взяты из книги «Мишлей» (Притчи царя Шломо): «Господь знанием (“хохма”) основал землю, утвердил небо глубоким пониманием (“твуна” — синонимично слову “бина”). Мудростью (“даат”) Его разверзлись бездны…» (3:19–20).
Давайте разберемся.
«Хохма» похожа на цифры в «рисунке по цифрам». Это знание существующего. Два плюс два равняется четырем — пример «хохма». Стул существует для того, чтобы сидеть, а ручка — для того, чтобы ею писать, — это и есть «хохма». Это не экстраполяция и не подтекст, а твердое осознание того, как функционирует мир, — не более того. Короче, «хохма» представляет собой отдельные точки на листе.«Бина» выходит за рамки буквального в сферу подразумеваемого. Опираясь на «хохма», концепция «бина» приходит к выводам, находящимся вне очевидных фактов и явлений. «Бина» — это линии, соединяющие точки, это развитие и экстраполяция.Наконец, «даат» — это то, что называют «руах а-кодеш» («святой дух»), глубинное познание.Человек может обладать знанием и экстраполировать это знание за пределы буквального смысла, но при этом не иметь связи с тем, чего он достиг этим умением, с высшей истиной.«Даат» — это обращение к плодам своего знания и глубокое усвоение этих плодов. Так возникает картина.Теперь мы можем раскрыть смысл трех Имен Б-га, употребляемых в начале молитвы «Шма, Исраэль!»Первое слово «Ашем» означает знание. Мы знаем, что именно Он, Ашем, сотворил все сущее. Это «хохма».«Элокейну» означает следующее: мы понимаем, осознаем, что Ашем не только создал мир, но и непрерывно поддерживает и сохраняет все сущее, в первую очередь еврейский народ. Он активно участвует в скрытых процессах всего того, что изначально сотворил. Это «бина».И наконец, слова «Господь Един» в конце стиха означают, что мы обладаем качеством «даат», способностью воссоединять все сущее с Ашемом, будь то чудо превращения семян в великолепные плоды, чудо человеческого глаза или загадка бездонных глубин Талмуда.«Даат» — это видение целого, понимание целостности Творения.Вот когда линии нашего трафарета соединяются в законченный рисунок, изображающий главную истину — «Ашем эхад» — «Господь Един».
Ценнее злата и жемчуга
«Тогда отделил Моше три города по эту сторону Иордана…» (4:41).Великий комментатор Торы Раши сообщает, что эти три города-убежища открыли свои ворота для людей, совершивших непредумышленное убийство и бежавших от кровной мести, лишь после того, как евреи перешли Иордан, покорили Эрец Исраэль и назначили еще три города-убежища к западу от реки. Моше знал об этой задержке. Он знал также, что ему не доведется перейти Иордан. И все-таки пророк без колебаний взялся за выполнение заповеди Торы, которая лично его не касалась и которую, как он понимал, ему не доведется завершить.Пример Моше служит иллюстрацией к афористическому высказыванию рабби Натана, мудреца периода составления Мишны: «Не пренебрегай мерой, которая не определена (бесконечной мерой), и не уклоняйся от задачи, которой нет предела».Среди заповедей Торы есть и такие, которые кажутся просто непосильными. Например, обязанность следить за своим языком, избегать «лашон а-ра» — злословия. Это очень строгая и трудная заповедь. Она запрещает плохо, недоброжелательно говорить о людях, даже намеками, даже такими невинными, на первый взгляд, фразами, как: «Ну вы же знаете Реувена. У него семь пятниц на неделе».Но если заповедь вам не по силам, если вы с детства любите перемывать чужие косточки, то зачем стараться? «Ты же все равно не сможешь держать язык за зубами всю свою жизнь, — предательски нашептывает на ухо «йецер а-ра», маленький чертик, который сидит в каждом из нас. — Поэтому лучше и не пытайся. Не насилуй себя. Даешь свободу слова!»Именно от такой позиции предостерегает нас рабби Натан. Какой бы грандиозной и запредельной ни казалась нам мицва, нельзя уклоняться от ее исполнения, нельзя махнуть рукой в отчаянии: «Это не для меня, это для суперправедников». Важно начать и стараться делать все возможное, не думая о верхнем рубеже и не отчаиваясь при неудаче. Пример нам дает Моше Рабейну в сегодняшнем разделе. Он заранее знал, что не сможет назначить города-убежища в Эрец Исраэль, но все-таки установил три города в Заиорданье, чтобы успеть перед смертью начать исполнение заповеди и предоставить возможность другим завершить ее.Хафец Хаим так иллюстрирует эту ситуацию. Придя на берег моря, бедняк замечает множество жемчужин, выброшенных прибоем. Их миллионы — все собрать просто немыслимо. Но бедняка это не смущает. Не теряя ни секунды, он бросается подбирать жемчуг. Ему и в голову не придет мысль: зачем стараться, все равно он не сможет завершить эту работу.Заповеди Торы — это тот же жемчуг, говорит Хафец Хаим. В Мире грядущем они ценятся даже выше, несравненно выше. Короче, все зависит о того, как мы сами относимся к мицвот, какое значение придаем им в своей жизни. Моше-рабейну знал им цену.
Суббота утешения
Раздел «Ваэтханан» почти всегда (как и в этом году) читается в неделю, на которую выпадает самый печальный день еврейского календаря — Девятое ава, день поста и траура по разрушенному Храму. Но уже ближайшая суббота дарит нам надежду и утешение. Она так и называется «шаббат-нахаму» — «суббота утешения». Это название происходит от первого слова недельной афтары, дополнительного отрывка из пророков, которым завершают чтение Торы во время утренней субботней молитвы: «Нахаму, нахаму ами…» — «Утешайте, утешайте народ Мой, сказал Господь ваш…»В этой афтаре пророк Иешаягу сообщает евреям, что чаша народных страданий переполнилась, что затянувшееся изгнание подходит к концу и перед ними открывается новая, счастливая эпоха.Мидраш рассказывает, что Б-г просил по очереди троих праотцев утешить Иерусалим. Ни Аврааму, ни Ицхаку, ни Яакову это не удалось. В конце концов, сам Всевышний пришел утешать Святой город: «Говорите к сердцу Иерусалима и возвестите ему, что наполнится он воинством своим, сынами Израиля, возвращающимися из изгнания, что прощена вина его, ибо вдвойне наказан он рукой Б-га за все грехи свои…» (Иешаягу, 40).Все грозные пророчества осуществились, дым пожарищ рассеивается, и сквозь него уже пробиваются первые лучи избавления.

Нахум Пурер