МИШНА ЧЕТВЕРТАЯ(ד) מָזְגוּ לוֹ כוֹס שֵׁנִי, וְכָאן הַבֵּן שׁוֹאֵל אָבִיו. וְאִם אֵין דַּעַת בַּבֵּן, אָבִיו מְלַמְּדוֹ, מַה נִּשְׁתַּנָּה הַלַּיְלָה הַזֶּה מִכָּל הַלֵּילוֹת, שֶׁבְּכָל הַלֵּילוֹת אָנוּ אוֹכְלִין חָמֵץ וּמַצָּה, הַלַּיְלָה הַזֶּה כֻּלּוֹ מַצָּה. שֶׁבְּכָל הַלֵּילוֹת אָנּוּ אוֹכְלִין שְׁאָר יְרָקוֹת, הַלַּיְלָה הַזֶּה מָרוֹר. שֶׁבְּכָל הַלֵּילוֹת אָנוּ אוֹכְלִין בָּשָׂר צָלִי, שָׁלוּק, וּמְבֻשָּׁל, הַלַּיְלָה הַזֶּה כֻּלּוֹ צָלִי. שֶׁבְּכָל הַלֵּילוֹת אָנוּ מַטְבִּילִין פַּעַם אַחַת, הַלַּיְלָה הַזֶּה שְׁתֵּי פְעָמִים. וּלְפִי דַעְתּוֹ שֶׁלּ בֵּן, אָבִיו מְלַמְּדוֹ. מַתְחִיל בִּגְנוּת וּמְסַיֵּם בְּשֶׁבַח, וְדוֹרֵשׁ מֵאֲרַמִּי אוֹבֵד אָבִי, עַד שֶׁיִּגְמוֹר כָּל הַפָּרָשָׁה כֻלָּהּ:НАЛИЛИ ЕМУ ВТОРОЙ БОКАЛ, И ТУТ СЫН ЗАДАЕТ ВОПРОСЫ ОТЦУ. ЕСЛИ ЖЕ СЫН еще НЕРАЗУМНЫЙ, ОТЕЦ сам НАСТАВЛЯЕТ ЕГО: ЧЕМ ОТЛИЧАЕТСЯ ЭТА НОЧЬ ОТ ВСЕХ НОЧЕЙ? ВЕДЬ ВО ВСЕ остальные НОЧИ МЫ ЕДИМ ХАМЕЦ И МАЦУ, А В ЭТУ НОЧЬ - ТОЛЬКО МАЦУ; ВЕДЬ ВО ВСЕ остальные НОЧИ МЫ ЕДИМ ВСЯКИЕ ОВОЩИ, А В ЭТУ НОЧЬ - МАРОР; ВЕДЬ ВО ВСЕ остальные НОЧИ МЫ ЕДИМ МЯСО и ЖАРЕНОЕ, и просто ВАРЕНОЕ, И РАЗВАРЕННОЕ, А В ЭТУ НОЧЬ - ТОЛЬКО ЖАРЕНОЕ; ВЕДЬ ВО ВСЕ остальные НОЧИ МЫ ОБМАКИВАЕМ овощи ОДИН РАЗ, А В ЭТУ НОЧЬ - ДВА РАЗА? И В ЗАВИСИМОСТИ ОТ РАЗВИТОСТИ СЫНА ОТЕЦ УЧИТ ЕГО. НАЧИНАЕТ С ЗАЗОРНОГО, А КОНЧАЕТ ХВАЛОЙ, И ТОЛКУЕТ текст Торы, НАЧИНАЯСО слов "АРАМЕЕЦ хотел ПОГУБИТЬ ОТЦА МОЕГО" (Дварим 26:5), ПОКА НЕ ЗАКОНЧИТ РАЗДЕЛ ЦЕЛИКОМ.ОБЪЯСНЕНИЕ МИШНЫ ЧЕТВЕРТОЙНАЛИЛИ ЕМУ - тому, кто ведет седер, - ВТОРОЙ БОКАЛ, над которым читают Гагаду, И ТУТ СЫН ЗАДАЕТ ВОПРОСЫ ОТЦУ.Другой вариант: И ТАКИЕ ВОПРОСЫ СЫН ЗАДАЕТ ОТЦУ. То есть положено, чтобы сын задавал отцу следующие вопросы именно тогда, когда наливают второй бокал (Раши, Бартанура).ЕСЛИ ЖЕ СЫН еще НЕРАЗУМНЫЙ и не может задать эти вопросы самостоятельно, ОТЕЦ сам НАСТАВЛЯЕТ ЕГО - то есть обращает внимание сына на то, чем начало седера отличается от обычной трапезы, и объясняет ему смысл этого.В барайте, которую приводит Гемара, мы учим: ЕСЛИ СЫН ЕГО УМНЫЙ - ТОТ ЗАДАЕТ ВОПРОСЫ ЕМУ, ЕСЛИ СЫН НЕРАЗУМНЫЙ - ЖЕНА ЗАДАЕТ ВОПРОСЫ ЕМУ, ЕСЛИ ЖЕ НЕТ - ЗАДАЕТ ВОПРОСЫ ОН САМ СЕБЕ; И ДАЖЕ ДВА ЗНАТОКА ТОРЫ, в совершенстве ЗНАЮЩИЕ ЗАКОНЫ О ПЕСАХЕ, - ОДИН ЗАДАЕТ эти ВОПРОСЫ ДРУГОМУ.Какие же это вопросы?ЧЕМ ОТЛИЧАЕТСЯ ЭТА НОЧЬ ОТ ВСЕХ НОЧЕЙ? ВЕДЬ ВО ВСЕ остальные НОЧИ МЫ ЕДИМ ХАМЕЦ И МАЦУ - или хамец, или мацу, - А В ЭТУ НОЧЬ - ТОЛЬКО МАЦУ.Во-вторых, ВЕДЬ ВО ВСЕ остальные НОЧИ МЫ ЕДИМ ВСЯКИЕ ОВОЩИ, А В ЭТУ НОЧЬ - МАРОР. Не говорят: "только марор", так как когда "обмакивают" в первый раз, едят и другие овощи ("Тосафот").В-третьих, ВЕДЬ ВО ВСЕ остальные НОЧИ МЫ ЕДИМ МЯСО и ЖАРЕНОЕ, и просто ВАРЕНОЕ, И РАЗВАРЕННОЕ - то есть его варили дольше, чем обычно, - А В ЭТУ НОЧЬ - ТОЛЬКО ЖАРЕНОЕ.Эти слова мишны соответствуют мнению того таная, который считает, что и хагига, сопровождающая песах, должна быть подобна ему, поэтому ее мясо едят только в жареном виде, потому-то тот, кто задает вопросы, говорит: ТОЛЬКО ЖАРЕНОЕ (Псахим 706; и см. "Тосафот" там же). Подчеркнем, что этот вопрос задавали на седере только в те времена, когда существовал Храм.В-четвертых, ВЕДЬ ВО ВСЕ остальные НОЧИ МЫ ОБМАКИВАЕМ овощи только ОДИН РАЗ - как уже указывалось, в те времена было принято есть овощи, обмакивая их в рассол или в уксус.Однако Гемара так исправляет формулировку этого вопроса: ВЕДЬ ВО ВСЕ остальные НОЧИ МЫ НЕ ОБМАКИВАЕМ овощи ДАЖЕ ОДИН РАЗ, а именно - перед началом трапезы.А В ЭТУ НОЧЬ - ДВА РАЗА: один - сразу после совершения Кидуша, когда едят хазерет или другие овощи, обмакивая их в рассол или уксус (как было сказано в начале предыдущей мишны), а второй - когда марор, перед тем как есть, его обмакивают в харосет (как мы объясняли там же).Рамбам добавляет еще один вопрос: "ВЕДЬ ВО ВСЕ остальные НОЧИ МЫ ЕДИМ ХОТЬ СИДЯ, ХОТЬ ВОЗЛЕЖАВ, А В ЭТУ НОЧЬ - МЫ ВСЕ ВОЗЛЕЖИМ" (Законы о хамеце и о маце 8:2). Считается, что этот вопрос задают сейчас вместо вопроса о жареном мясе, который потерял смысл после разрушения Храма; что же касается вопроса в каком положении сидят за столом участники трапезы, то, наоборот, именно во времена Храма он не имел смысла, так как тогда за столом возлежали круглый год (комментарий, автором которого считается Виленский гаон; "Беэр Мирьям").И В ЗАВИСИМОСТИ ОТ РАЗВИТОСТИ СЫНА - в зависимости от его способности понять и осмыслить услышанное - ОТЕЦ УЧИТ ЕГО: разъясняет ему значение Исхода из Египта - как сказано в Торе (Шмот 13:8): "И скажешь своему сыну в тот день так: ради [исполнения] этой [заповеди] сделал мне [это] Г-сподь при выходе моем из Египта".При этом отец НАЧИНАЕТ С ЗАЗОРНОГО - то есть с того, чем не следует гордиться: "Рабами были наши отцы у фараона в Египте... Сначала идолопоклонниками были наши отцы", и т.п.. А КОНЧАЕТ ХВАЛОЙ - то есть восхвалением народа Израиля: что Всевышний приблизил его для служения Себе, освободил его из Египта, совершил для него множество чудес и дивных деяний, и дал ему Тору, и привел его в Страну Израиля, как сказано в Торе (Дварим 6:21,23-24): "Скажи сыну твоему: Рабами мы были у фараона в Египте - но вывел нас Г-сподь из Египта силой могучей... ради того, чтобы привести нас и дать нам страну, о которой поклялся отцам нашим. И приказал нам Г-сподь исполнять все повеления эти - ради боязни Г-спода, нашего Б-га, во благо нам [в продолжение] всех дней [нашей жизни]".И ТОЛКУЕТ текст Торы в свете "Сифрей" и других мидрашей (как в настоящее время записано в сборнике "Гагада шель Песах") отрывок, НАЧИНАЯ СО слов "АРАМЕЕЦ хотел ПОГУБИТЬ ОТЦА МОЕГО" (Дварим 26:5), ПОКА НЕ ЗАКОНЧИТ РАЗДЕЛ ЦЕЛИКОМ.