Синдром двух городов. Недельная глава Торы «Хаей Сара» Нахум Пурер
Сара умирает в возрасте 127 лет. Авраам решает похоронить ее в пещере Махпела в Хевроне. Владелец участка предлагает отдать его бесплатно, но Авраам платит полную цену. Затем он поручает своему домоправителю Элиэзеру найти подходящую жену для сына Ицхака. Элиэзер отправляется за реку Евфрат и просит Б-га дать ему знак для правильного выбора. Вечером, когда Элиэзер приводит верблюдов на водопой, у источника появляется юная Ривка. Элиэзер просит у нее воды, и девушка не только поит незнакомца, но и с готовностью черпает воду для его десяти верблюдов. Такая редкостная отзывчивость свидетельствует о том, что Ривка — подходящая жена для Ицхака, что она достойна стать праматерью еврейского народа. Элиэзер встречается с отцом Ривки Бетуэлем и ее братом Лаваном. После длительных переговоров, получив щедрые дары, семья соглашается отпустить девушку с гостем. Ривка приезжает в Эрец Исраэль и выходит замуж за Ицхака. Позаботившись о сыне, Авраам повторно берет в жены Агарь, получившую новое имя Кетура, и у них рождаются шесть сыновей. Авраам дает им подарки и отсылает на восток. В возрасте 175 лет он умирает. Ицхак и Ишмаэль хоронят Авраама рядом с Сарой в пещере Махпела.
***
«И умерла Сара в Кирьят-Арбе, он же Хеврон…» (23:2).Последние дебаты и решения ЮНЕСКО по Иерусалиму вновь напомнили нам о парадоксальном, на первый взгляд, явлении. При всем разнообразии международных проблем, обилии конфликтов, войн и вражды взоры миллиардов жителей земли прикованы к невысокому холму, расположенному в центре города, население которого вряд ли дотягивает до миллиона.Чем объяснить, что столь крошечный клочок земли превратился в арену яростных споров и кровопролития?Все очень просто. Иерусалим — это канал связи между небом и землей. Именно здесь Б-г приступил к Сотворению мира. Здесь Авраам готовился принести в жертву своего любимого сына Ицхака, а Яакову открылась в пророческом видении лестница, уходящая в небо. Тут, на этом скромном холме, стояли два Святых Храма и, как мы твердо верим, в конце концов будет построен навечно Третий Храм.Хотя народы мира не всегда понимают это и даже отказываются признать библейские истоки Иерусалима и связь еврейского народа с этим городом, они все же инстинктивно чувствуют уникальность этого города и стремятся вырвать его из-под контроля Израиля, чтобы присвоить себе.Впрочем, кроме Иерусалима есть еще один город на Святой земле, где тоже происходит слияние неба и земли. И здесь также бушуют страсти и льется кровь. Это Хеврон — город, расположенный менее чем в сорока километрах к югу от Иерусалима.Слово «Хеврон» происходит от «ле-хабер» — соединять. В центре этого города, в гробнице Маарат а-Махпела покоятся три наших праотца — Авраам, Ицхак и Яаков и три их жены — Сара, Ривка и Лея. (Рахель, «младшая» жена Яакова, похоронена в Бейт-Лехеме, расположенном на дороге из Иерусалима в Хеврон.) Их святые души соединяют небо и Хеврон, он же Кирьят-Арба, что означает «четыре стана Б-жественного присутствия». Не случайно, еврейские праведники во всех поколениях стремились обрести вечный покой в Хевроне, чтобы их души удостоились прямой связи со своим духовным источником.Таково буквальное значение стиха «Кирьят-Арба, он же Хеврон»: «Город четырех (станов Б-жественного присутствия) — он же Хеврон, соединитель души с ее небесным источником».
Генетика сильнее воспитания
«И сказал Авраам своему рабу: “Прими на себя клятву именем Б-га… что ты не возьмешь сыну моему жены из дочерей Ханаана, среди которых я живу; но в мою страну и на мою родину пойдешь и возьмешь оттуда жену сыну моему Ицхаку”» (24:2–4).Когда читаешь рассказ о том, как Авраам снаряжал Элиэзера за невестой для Ицхака, возникают два вопроса. Во-первых, зачем Аврааму понадобилась такая «страшная» клятва? Ведь он абсолютно доверял Элиэзеру, своему многолетнему домоправителю и верному слуге. А если не доверял, то зачем посылал его? И во-вторых, чем плохи хананеи, такие же дремучие идолопоклонники, как и родственники Авраама, оставшиеся за Евфратом?Прежде чем ответить на первый вопрос, расскажем такую историю из быта российского местечка.Один еврей вел корову в ближайший город на убой. Там жил единственный на всю округу резник. Дорога была длинная, и еврей устал. Вскоре ему повстречался человек, внешне похожий на раввина. Еврей спросил «раввина», не может ли тот сделать «шхиту», зарезать корову по правилам кошерного убоя. Незнакомец ответил, что может, достал резницкий нож и выполнил эту процедуру.Затем «раввин» спросил хозяина: «Кстати, вы не одолжите мне денег на пару недель? Совсем небольшую сумму».Еврей неуверенно ответил: «В принципе, я готов… Но ведь я вас не знаю. Пожалуйста, не обижайтесь, но откуда мне знать, вернете ли вы мне долг?» «Раввин» посмотрел ему в глаза и медленно произнес: «Когда речь идет о деньгах, вам нужны гарантии. Зато с коровой вы не церемонились: доверили “шхиту” первому встречному, не потребовав от него никаких доказательств его компетентности».Да, Авраам Авину безоглядно доверял Элиэзеру все свое огромное состояние: золото, серебро, скот. Но, когда возник вопрос о его духовном наследии, о выборе жены для Ицхака, будущей праматери еврейского народа, Аврааму потребовались твердые гарантии в виде клятвы. Уж больно велика была ответственность за правильный выбор перед Б-гом и потомками.По поводу хананеев комментаторы говорят следующее. Да, родственники Авраама на «старой родине» были типичными идолопоклонниками, но в отличие от коренных жителей Эрец Исраэль они хорошо относились к людям, были порядочнее, честнее и морально чистоплотнее. Недаром Тора в нескольких местах говорит о «мерзостях Ханаана», за которые Всевышний со временем, в период завоеваний Иегошуа бен Нуна, изгнал их со Святой земли. Хананеи проявляли дурные наклонности, плохие личные качества («мидот раот»), которые передаются по наследству от родителей к детям.В то же время идолопоклонство — это не характер, а воспитание, идеология, традиция, от которой человека можно отучить. Да, Лаван, брат Ривки, будущей жены Ицхака, был убежденным язычником и к тому же лжецом, но он строго (хотя и неискренне) придерживался морального кодекса гостеприимства. Обратите внимание на прием, устроенный его семьей Элиэзеру. Лаван и его семья были этически утонченными людьми. В отличие от них хананеи были полными варварами.Авраам боялся, что, если Ицхак женится на одной из «дочерей Ханаана», евреи унаследуют от нее жестокость и грубость нравов. Идолопоклонство его беспокоило меньше: в конце концов, неправильное мировоззрение — вещь поправимая. Характер же практически невозможно изменить.И еще сказал Авраам Элиэзеру: «Берегись, не возвращай моего сына туда (в Арам-Нахараим, за реку Евфрат)!.. Если же не захочет идти женщина за тобою, то ты будешь чист от этой клятвы моей; только сына моего не возвращай туда».Наш праотец хотел взять жену Ицхаку из своей родни не только потому, что это была его родня, но еще и потому, что она жила далеко. После жертвоприношения на горе Мориа Ицхак приобрел особую «святость», из-за чего ему было запрещено покидать пределы Эрец Исраэль. Поэтому невесту надо было привести издалека, чтобы лишить ее дурного семейного влияния и воспитать в новых традициях семьи Авраама. Девушка из Ханаана для этого не годилась: ее родственники жили бы по соседству и наверняка оказывали бы пагубное влияние на жену Ицхака и будущих детей.Вот почему Авраам столь категорично запретил Элиэзеру возвращать Ицхака в Арам-Нахараим. Ведь оставаясь там, в окружении идолопоклонников, даже такая хорошая девушка, как Ривка, не смогла бы духовно расти, и Аврааму некому было бы передать свою миссию.Из этих комментариев мы учим ряд важных уроков. Во-первых, жена должна разделять убеждения мужа или хотя бы стремиться к этому. Во-вторых, иудаизм требует держаться подальше от людей с порочными взглядами. Перевоспитание — вещь обоюдная. Перевоспитывать можно не только в хорошую, но и в плохую сторону.И наконец, главный вывод: генетика сильнее воспитания. Характер человека изменить гораздо труднее, чем его мировоззрение.