Для очень многих то, что сумели совершить потомок великих раввинов Ицхак Зильбер и его семья, находясь в СССР в условиях жесточайших преследований, оказалось и вызовом, и колоссальной силы стимулом. В среде зарубежного еврейства не без оснований втихомолку полагали, что выжившие после войны «советские граждане еврейской национальности» полностью подчинились условиям окружающей среды, ассимилировавшись настолько, что трудно было даже предположить в данном случае возможность восстановления духовных традиций народа. Ведь все, что было накоплено трудами великих еврейских мудрецов за прошедшие тысячелетия, оказалось выкорчевано умело и беспощадно.
Появление в Израиле в 70-х годах «русского отказника», математика, ученого и преподавателя, сохранившего в целостности все традиции своего народа, не уступившего и не оступившегося даже в заключении, в лагере — произвело сенсацию. Знания этого человека были безграничны, но что особенно потрясло всемирно известных равов, учителей поколения: эти знания не остались спрятанными в «укромном тайнике» — но непостижимым образом Зильбер сумел реализовать их. Он и его близкие — жена, сын и три дочери — жили по еврейским законам там, где за их соблюдение людей преследовали и уничтожали. В это трудно было поверить, но не поверить было нельзя.
И как же прост и доступен был этот человек! Как безотказен! А ведь он получил раввинскую «смиху» (удостоверение) от самого рава Моше Файнштейна, которого, еще будучи новым репатриантом, посетил в США. Рав Зильбер вспоминал позже, что этот цадик протянул ему денежную купюру, а он отказался: «Ребе, я собираюсь работать»…
И как же много он работал, не жалея себя! Он мог бы ограничиться научной работой в университете, ведь учителем рава Зильбера был в свое время академик Чеботарев. И это было бы, наверное, очень удобно для него: оставалось много времени для личных занятий Торой. Однако в ходе встречи и продолжительной беседы с Любавичским Ребе, цадик сказал Ицхаку Зильберу: «В Израиль приезжают сейчас много евреев из России. Подавая российским властям заявление на выезд (70-е годы), они пишут, что хотят уехать в Израиль по национально-религиозным мотивам. В этой стране они лучше не станут. Там, в Союзе, им хоть ради выезда стоило считать себя евреями. А в Израиле — вообще никакого интереса. Если здесь ими никто не займется, они наберутся влияния «улицы», начнут уезжать в другие страны, и произойдет осквернение имени Всевышнего… Поэтому, — сказал Ребе, — я не вижу мицвы большей, чем заниматься русскими олим».
Рав Зильбер сделал все, чтобы помочь выходцам из бывшего Союза. Будучи уже очень нездоровым, он ходил в тюрьмы, к «русским» заключенным, у себя дома организовывал «бриты»(обрезание), добивался получения «гета» (еврейского развода) для женщин. И очень много преподавал. По этому же пути пошел его сын рав Бенцион. Именно отец и сын Зильберы стояли у истоков создания принципиально новой еврейской просветительской организации «Толдот Ешурун», получившей за последние годы международную известность. «Толдот Ешурун» и организовала в канун 9 Ава и к 100-летию со дня рождения грандиозный вечер памяти великого праведника — рава Ицхака Зильбера.
Ученики рава Зильбера почтили его память так, как это традиционно принято у мудрецов Торы: в течение года группа в составе более чем полусотни человек учила Вавилонский Талмуд — величайшее еврейское достижение и наследие. К вечеру памяти этот грандиозный годичный труд группы был завершен: поднимавшиеся на трибуну провели урок для собравшихся, транслировавшийся на огромных экранах.
Среди процитированных на вечере памяти отрывков из Талмуда был один — тот самый, который приводил и рав Зильбер в своей знаменитой книге «Пламя не спалит тебя». Эту книгу он писал, соблюдая конспирацию, еще в бывшем Союзе.
Речь шла об эпизоде с четырьмя мудрецами, которые стали свидетелями опустошения нашей земли и Храмовой горы после разрушения римлянами Иерусалимского Храма. Мудрецы увидели на месте, где располагалась Святая Святых, лисицу. Трое из них разрыдались, а рабби Акива, как свидетельствует Талмуд, засмеялся. Своим пораженным товарищам он объяснил, что в предсказании пророка Иешаягу (Исайи) сказано: «И взял я себе надежных свидетелей: Урию, священнослужителя, и Зхарью…» Какая связь, спрашивается, между Урией и Зхарьей? Ведь свидетели должны давать свои показания одновременно. Но Урия жил во время Первого Храма, а Зхарья — во время Второго Храма… Дело в том, что Иешаягу связал пророчества Урии и Зхарьи воедино. Урия предрекает:»Из-за вас, словно поле, вспахан будет Сион, и Иерусалим превратится в руины, а Храмовая гора станет лесистым холмом». А Зхарья говорит (о более позднем будущем): «…еще будут сидеть на площадях Иерусалима старики и старухи… и наполнятся улицы городов мальчиками и девочками, играющими там…»
— Пока не сбылось пророчество Урии, боялся я, что и пророчество Зхарьи не исполнится. Теперь же, когда слова Урии сбылись, нет сомнения в том, что исполнятся и предсказания Зхарьи.
Ответили ему товарищи:
— Акива, ты нас утешил!»
А в заключение рав Зильбер написал:
«…Кто живет сегодня в Израиле? Кто заселил отстроенные заново Иерусалим и Цфат, Тверию и Яффо, Кирьят-Арбу и Беэр-Шеву? …Возвращенные Всевышним в Эрец-Исраэль дети праотца Яакова, выходцы из России и Марокко, Индии и Западной Европы, Америки и Йемена… Ибо после того как исполнились все пророчества о нашем наказании, пришло время исполнению пророчеств об избавлении еврейского народа и возвращении его в свою страну…»
Ирина КРУПИЦКАЯ