Жизнь Сары… И не только (к нед. гл. "Хаей Сара")
Рав Зеев Мешков. Комментарии к этой главе рассказывают о Саре, о ее величии, как нашей праматери, и достоинствах, без которых не мог бы быть заложен фундамент будущего народа. Но кроме нее нашу историю украшают еще несколько выдающихся женщин, без которых не мыслимо формирование дома Давида и его продолжение. Всем хорошо известна Тамар и Рут, а вот Наама всегда остается в тени, и о ней следовало бы рассказать.
Внучка идолопоклонника
Первой женой Шломо была Наама, дочь Хануна, царя Амона, который принял гиюр и был преданным другом Давида. Она воспитывалась в доме отца, сохранявшего верность Торе на протяжении всей жизни, и обрела качества характера, свойственные только большим праведникам.Говорится, что Всевышний хранил народ Амона на протяжении пятисот лет, чтобы на свет появилась женщина, которая воспитает сына, способного управлять народом Израиля: Рэхавъам, сын Наамы, родившийся за год до смерти Давида, сменил Шломо на престоле (Бава кама, 38б).
Политический брак
Брак с дочерью фараона изначально носил чисто политический характер. И многие мудрецы Торы, и, прежде всего, наставник Шломо Шимъи, сын Геры, были непримиримыми противниками заключения таких союзов. Они не были готовы считать действительным гиюр человека, который заявлял о своей готовности отказаться от представлений идолопоклонников только ради вступления в брак. Но Шимъи, сына Геры, который не боялся указывать Шломо на ошибки, и, к мнению которого тот всегда прислушивался, уже не было в живых, а никто другой не решился напомнить Шломо о том, что царь Израиля обязан проявлять большую осторожность при заключении брака (Брахот, 8а).
Предсказание
Наама из Амона даже после того, как тот женился на дочери фараона и ввел в дом многих других женщин, считалась царицей, хозяйкой дома и пользовалась уважением приближенных царя. Она сохранила свое положение и при Рэхавъаме.Шломо знал через пророка о постановлении Небес, что его царство распадется, а пройдет время и Храм, построенный им, будет разрушен. Это предсказание не оставило никакой надежды на исправление греха (Таргум Шир г͂а-ширим, 8:14). Но был учеником Давида, который сказал (Брахот, 10а): “Если даже острый меч приставлен к твоему горлу, надейся на милость Небес” – ведь нет наказания, которое Всевышний не отменил бы, увидев искреннее и глубокое раскаяние человека.Он тут же запретил принесение жертв, которое практиковали его жены на горе Мишха, а своих жен предостерег от любого восхваления чужих божеств и от воскурений, совершаемых в их честь.На протяжении тридцати шести дней – чувствуя, что оставлен Всевышним, – Шломо не мог утешиться. Мысль о том, что он останется без поддержки свыше, причиняла ему глубокие страдания. (Мишнат раби Элиэзер, 5, Оцар ишей г͂а-ТаНаХ). Однако Наама смогла убедить его, что раскаяние и страдание искупят грех, и он вновь удостоится благословения Небес. Благодаря ей он поверил, что сможет обрести прежнюю мудрость (Арама миПьяно, сэфер Асара маамарот). И, наконец-то оценив ее возвышенную душу, он сказал “Нашел женщину – нашел благо” (Мишлей, 18:22), а об остальных своих женах сказал: “И одной женщины не нашел среди всех этих” (Мишлей, 7:28).