Лекция 2. Псалом 11. /1:1/ Трудность, поставленная Талмудом. Почему Давид не прославляет человека, который ходил по совету праведников. Возможность похвалы человеку раскаявшемуся. 2. /1:2/ Объяснение стиха: "К Торе Всевышнего его желание". Смысл употребления дважды слов "Тора". Возможность понимания стиха: "Над его Торой размышляет", как относящимся к тому, кто учит Тору, к "соучастнику". Трактовка слов: "размышляет день и ночь".3. Как дойти до центрального понимания текста, рассматривая его с разных сторон. Мидраш рабби Йеhуды hа-Наси. Мнение Мальбима. Две части цельности. 4. Замечание относительно первых двух стихов первого псалма. Дополнительные соображения. Трактовка выражения "ки им" и связанное с ней понимание второго стиха.5. Ответы на вопросы: о наказании "в поте лица будешь есть хлеб свой"; является ли изучение Торы самоцелью; как определить "занятие Торой"; была ли у Адама обязанность заниматься Торой; может ли добиться успеха в изучении Торы нееврей или еврей, не соблюдающий заповеди; задумана ли Тора для перевода на все языки и почему тогда день ее перевода на греческий считается траурным; как расценивает Традиция изучение мира другими способами.

Добавочные комментарии к первому стиху.
В начале первого Псалма Давид прославляет (утверждает), что счастлив тот человек (тот муж), который не делал трех вещей: не ходил по совету злодеев (в совет злодеев); на дороге грешных не стоял; в посиделках пустосмешников не сидел. Талмуд на этот первый стих ставит такую трудность. Если он не ходил по совету нехороших людей, то каким образом он мог стоять там и тем более сидеть? Если Талмуд ставит такую трудность, то тем самым он отождествляет все категории грешников. То есть, злодеи, грешники и пустые насмешники оказываются синонимами. Аhарша - один из поздних основных комментаторов в Талмуде, на это говорит, что Талмуд ставит такую трудность, однако, в этом стихе не имеется в виду, что человек делал и то и другое и третье. Один случай - когда он ходил, другой - когда он стоял, и третий случай - когда он сидел. Тогда, казалось бы, проблема исчезает. На самом деле, как уже обсуждалось, многие авторы различают три категории грешников. Злодеи - это те, кто обдуманно и умышленно делают нехорошие вещи, и толкают других к ним, что и является основным смыслом "совета злодеев": совет, как факт, что они дали совет что-то делать, или совет, как занятие, когда они сидят и обдумывают, чтобы сделать нечто злодейское. Грешники - это те, кто, может быть, хотят делать хорошо, но их злое начало подталкивает их в противоположную сторону.
У ряда комментаторов возникает такой вопрос: почему Давид прославляет человека, который не ходил по совету злодеев, и не стоял на дороге грешников, почему он не начинает с того, что "хвала человеку, который ходил по совету праведников"? Имеется такое направление, которое, вероятно, исходит из комментария очень важного автора Моше Альшиха. Он это возводит к очень важному спору в Талмуде и у последующих авторов о том, что достойнее, похвальнее: быть полным праведником или раскаявшимся грешником? Если говорить о человеке, который с самого начала ходил по советам праведников, то это такой человек, который всегда делал только хорошо. Если же рассматривать похвалу, как относящуюся к человеку, который пошел по совету злодеев и раскаялся в этом, тогда можно понимать так: "хвала тому, кто не ходил; а если ходил, то хвала тому, кто раскаялся в этом и не стоял на этой дороге; а если стоял, то хвала тому, кто раскаялся в этом и не сидел".
Разбор второго стиха.
Второй стих говорит: "Только к Торе Всевышнего его пожелания и над Торой Его он размышляет день и ночь". Простое понимание такое, что недостаточно не делать трех нехороших вещей: не ходить, не стоять, не сидеть; а надо еще делать положительную вещь, как это сказано в другом месте в Псалмах Давида, - "удаляться от зла и делать хорошее" (то есть, мало того, чтобы удаляться от зла, нужно еще делать хорошее). Что означает: "К Торе Всевышнего направлено его желание"? - "Желание" - это необычайно важное понятие вообще во всей нашей традиции, поскольку это слово выражает глубоко внутреннее состояние человека. Мы видим, что в этом стихе слово Тора употреблено дважды: "к Торе Всевышнего его желание; и над Торой Его он размышляет день и ночь". Следует хорошо вдуматься, каков точный смысл у этого слова Тора в первом и втором месте этого стиха. В первом месте "Тора Всевышнего" обозначает наставление, которое Всевышний дает, поскольку слово "тора" само по себе обозначает "учение, поучение, наставление". Во втором случае: "Над Торой размышляет день ночь" простой смысл состоит в том, что это - книга Торы, он ее прочел и размышляет над ней. Это - самый простой уровень прочтения этого стиха, и мы здесь замечаем любопытное явление, которое отмечали ни раз в других книгах Танаха, что если подряд в одном стихе или в соседних стихах встречается одно и то же слово, то, как правило, оно обозначает не одно и то же. Это некоторая стилистическая культура языка Танаха, когда одно и то же слово не употребляется в точно таком же значении. Человек (из первого стиха) не желает следовать совету злодеев, не хочет идти по их пути, а хочет идти по пути, заповеданному Всевышним, и к Торе Всевышнего (наставлению Всевышнего) направлено его желание, то есть, его самое внутреннее глубокое и страстное желание направлено именно на это учение, на это наставление. В Талмуде обсуждается простой вопрос. Сказано: "Над Его Торой размышляет день и ночь". Если сказано "его", то ясно, что это - третье лицо и имеется в виду Его Тора - Тора Всевышнего. Есть и иное понимание (другой перевод) "об учении своем он думает днем и ночью". Когда Талмуд обсуждает вопрос о том, имеет ли право учитель (мудрец) простить обязанность других людей почитать его, как носителя Торы, носителя мудрости, то высказывается два противоположных мнения. Одно мнение, что может простить и такова hалаха, а другое мнение, как же он это может простить, ведь человек может простить только то, что является его принадлежностью, а поскольку это Тора Всевышнего, то он как бы не является хозяином этого достояния. После чего Рова, который выдвинул это возражение, говорит, что он был неправ, потому что сказано: "К Торе Всевышнего его желание, и о его Торе он размышляет". Понимается так, что здесь "его" относится к тому, кто учит Тору. Оттого, что он усиленно трудился над Божественной Торой день и ночь, он приобрел ее, и она стала "его Торой". То есть, он, как соучастник, который в качестве "платы за труд" получил то, что он стал "совладельцем".
Как понимать здесь "день и ночь"? В Талмуде есть известный спор: что значит заниматься Торой день и ночь? Одно мнение, что нужно весь день и всю ночь заниматься только Торой. Это мнение рабби Шимона, а мнение рабби Ишмаэля, что человек обязан хоть сколько-то заниматься днем и хоть сколько-то ночью. Между этими двумя пределами заключены реальные возможности, и Талмуд не решает, какова hалаха по этому вопросу. Говорится только, что многие пробовали делать, как рабби Шимон, и у них не получилось, и многие пытались делать, как рабби Ишмаэль, и получилось у них. Это, безусловно, вопрос очень актуальный во все эпохи и особенно в наше время: должен ли человек стремиться к тому, чтобы заниматься только Торой и не делать ничего другого, или он должен совмещать занятия Торой с занятием житейскими делами? Ответ такой, что если человек чувствует потребность заниматься Торой и ничем другим, и у него получается, то значит, что он из тех счастливых единиц, которым стоит так поступить. Подавляющее число людей устроены не так, и они должны выделять время для занятия Торой, а в другое время заниматься житейскими делами.
Центральное понимание текста.
Надо постараться из множества разных сторон этого замечательного текста дойти до центрального понимания того, что хочет сказать автор. Имеется очень много мидрашей. Приведем один из них из Талмуда для того, чтобы вернуться. Рабби Йеhуда hа-Наси занимался со своим сыном и с другом этого сына, преподавал им Танах. Они закончили изучение предыдущей книги, и стали обсуждать, что теперь учить? Сын попросил учить книгу "Теиллим", а его приятель попросил учить книгу "Мишлей". Рабби выбрал книгу Теиллим и они стали учить наш первый мизмор и дошли (вроде нас) до второго стиха. И рабби сообщил следующее понимание этого второго стиха на уровне мидраша. "Ки им - беторат hа-Шем хэфцо, ву-беторато йеhгэ йомам ва-лайла" - "Только в случае, если к Торе Всевышнего его желание (к этому месту Торы), только тогда он им занимается, размышляет над ним день и ночь". То есть, в Торе следует изучать то место, тот текст, к которому сейчас у меня лежит душа. На это приятель сына сказал: "Ты освободил меня от изучения книги Теиллим". Ясно, что этот замечательный мидраш и другие вряд ли являются пшатом того, что хочет нам сообщить Давид в этом месте. Большинство комментаторов понимают так, что нужно избегать трех опасных отрицательных поступков: не ходить по пути злодеев; не стоять на пути грешных; не сидеть с пустосмешниками (злопыхателями). Мало того, надо свои желания обращать к Торе Всевышнего и над ней размышлять день и ночь.
Мальбим в своей замечательной манере структурного анализа текста и тонкого понимания слов, говорит, что мало того, что надо удаляться от зла, но надо делать добро. Так и многие другие комментаторы объясняют. Причем, как говорит Мальбим, это не то добро, которое "изобрели" разного рода мыслители, зачинатели собственных религий, а надо хранить Тору Всевышнего и ее заповеди. И надо это делать не ради других интересов, например для того, чтобы получить выигрыш от своего служения. Известный пример: Я получу хорошую должность, меня будут называть рабби и т.д. В таком случае его желанием оказалась бы не Тора, а то, что ему самому сладко, приятно, полезно. То есть, Торой надо заниматься в идеале ради нее самой, потому что это "торат эмет". Желание Торы направлено к тому, что это самая настоящая истина. И дальше Мальбим делает очень интересное замечание. Он говорит, что цельность вообще ("шлимут") складывается из двух частей: цельность постижения и цельность делания. Цельность постижения называется "Тора Всевышнего", и если я буду вникать в эту Божественную Тору, то я двигаюсь к более глубокому, более полному постижению того, как устроен мир и все миры. То есть, занятия Торой в плане постижения приблизит человека к знанию Всевышнего, к знанию Его путей. Надо сразу сказать, что это недостижимо, это невозможно познать, потому что этот процесс бесконечный, но пусть человек к этому стремится. Желание человека к Торе Всевышнего велико, потому что его тянет постичь Всевышнего и Его пути. Мальбим, насколько мы понимаем, объясняет здесь различие слов "Тора" в этом стихе. Вторая часть - " цельность делания" на языке Мальбима называется "торат hа-адам". То есть, первая часть - "Тора Всевышнего", а вторая - "Тора человека", и она учит, что делать, чего не делать. И именно над ней человек размышляет день и ночь. Учат это для того, чтобы делать. Любопытно, что таким простым, пшатным анализом Мальбим фактически приходит к тому, что Рова в Талмуде сделал в форме мидраша. Оттого, что человек долго размышлял над Торой Всевышнего, она стала "его". Душа его стремилась постичь пути Всевышнего.
Это - потрясающая вещь, это, например, то, что людей нашего поколения приводит к тому, что огромный процент начинающих стали говорить, что их больше всего привлекает Каббала. Это похоже на то, что человек миновал таблицу умножения и он не очень силен в вычитании, но ему нравятся многократные интегралы, душа просит! Это - очень опасный путь! Конечно, если человек, вдохновившись этим, садится за изучение арифметики и алгебры, то это неплохо. Только надо этот трудный и во многом прозаический этап обучения не проскочить, потому что иначе мы окажемся на уровне очень опасных болтунов. В наше время есть немало таких кружков, где люди собираются, и их поощряют в том, что хотя они не нарастили никаких мышц "для делания" в этом мире, но рассуждают они о таких высоких материях, от которых ум заходит за разум.
Замечание относительно первых двух стихов первого псалма.
Дело в том, что оборот "ки им", с которого начинается второй стих, не так прост, как может показаться. Можно привести пример из пророка Захарии. Это знаменитый стих, в котором сказано: "Не силой и не доблестью, а только Моим Именем", (как) говорит Всевышний. Этот стих особенно в наше время является предметом острейшего спора, как его понимать? Казалось бы, что простое понимание такое, что не надо силы, не надо доблести, а главное - надо полагаться на Имя Всевышнего и хорошо вам будет. Другое понимание является, как ни странно, по-видимому, пшатом этого стиха, и открывает нам факт, который в явном виде сформулирован, пожалуй, только, примерно, в последнее столетие. В Танахе простой смысл выражения "ки им" - это не исключение того, что было до этого, а утверждение чего-то противоположного. На самом деле "ки им" означает "только при условии". Тогда перевод может быть такой: "сила и доблесть - только при условии, что человек полагается на Мое Имя". При этом не надо думать, что не следует держать армию и т.д., это все - нужно, но только при условии, что я полагаюсь на Всевышнего, и это даст свои плоды. Серьезные специалисты по языку Танаха считают, что это пшат выражения "ки им".
Если все это принять, то мы оказываемся перед чудовищной трудностью. Если так перевести второй наш стих, то следует все отрицания первого стиха заменить на утверждения. И тогда получится: "хвала человеку, который ходил по путям злодеев, и стоял на дороге грешных, и сидел в посиделках пересмешников только при условии, что к Торе Всевышнего..." Это совершенно скандальное понимание. Единственное извинение в том, что это - Тора, и хочется понять до каких границ следует принять утверждение специалистов, что "ки им" обозначает "только при условии". Тогда приходится понимать так: "Ты не связывайся со злодеями разного сорта, ни с внешними, ни с внутренними, до тех пор, пока не обеспечишь твердой связи с Торой, со Всевышним". Если ты стоишь на этой твердой почве, если ты знаешь, что твое настоящее желание направлено к Торе Всевышнего, тогда ты можешь "связываться со злодеями", что, конечно, не означает, что вот, я пойду позлодействую, а потом вернусь.
Это, например, то, в чем упрекали Мордехая, который не только не кланялся Аману, чего мог бы избежать, не встречаясь с ним, но он специально попадался ему на глаза, чтобы показать, что он не будет кланяться. При этом он ставил под угрозу не только себя, а весь свой народ. Мордехаю говорят в Талмуде, в мидраше: "Сколько раз мы видели, что злодей проглатывает того, кто праведней, чем он. Если судьба улыбается злодею, то не связывайся с ним, пересиди, какое право ты имеешь рисковать, Мордехай!" Отвечают на это мудрецы так. "Того, кто праведней его, злодей проглатывает, а полного праведника - не проглотит!" Мордехай говорит, как это вы говорите не связываться со злодеем, когда судьба ему улыбается? Это правильно, конечно, но где вы увидели улыбку? Я вижу, как губы судьбы кривятся в издевательском хохоте. Его же сейчас повалят, а я просто работаю инструментом этого. Если ты это видишь - так связывайся с ним. То есть, со злодеем связываться можно, когда ты стоишь на твердой почве. Если твое желание так тесно направлено исключительно на Тору, то тогда ты можешь внедряться в злодейские пути - стояния, сидения и т.д., и их исправлять, потому что весь мир сотворен для раскрытия Славы Всевышнего, поэтому, если человек злодейские пути переворачивает и превращает их в нечто, освященное Божественным светом, то он делает большое дело. Это могут быть злодейские пути чужие, но это могут быть и злодейские пути мои. Мы видим здесь за несколько тысячелетий до Фрейда, что, если мы допускаем возможность такого понимания, то, может быть, Давид здесь хочет сказать, что, вообще говоря, загонять злодейство в подвалы и запирать на замок - это не самая лучшая рекомендация, потому что подвалы могут взорваться. Это то, что говорит Фрейд, что в подсознании сидит много разных интересных вещей, и с ними надо уметь работать. Единственное условие того, что с пациентом можно начинать сеансы психоанализа, если ты знаешь, что пациент на стороне врача, а не на стороне болезни. Это - первое правило. Здесь то же самое. Если пациент - ты сам со своим злым началом, или тот, кому ты хочешь помочь, и который сейчас хочет злодействовать или злодействует, то если ты знаешь, что пациент (допустим, ты сам) точно на стороне врача, и если ты стабильно на стороне Всевышнего, то тогда - действуй. Если же это не факт, то надо иметь в виду, что "разведчик" занимается очень рискованным делом. Если он будет действовать не аккуратно, то он не только не выпытает тайны врага, но, наоборот, возвращаясь, он приведет врага в свои тайны.
Ответ на вопрос:
Занимался ли Мордехай Торой в этот момент? - По мнению его коллег - нет, поэтому замечательный мидраш к концу Мегилат Эстер трактует так: "верацуй леров эхайв" - "и желанный для (по пшату) многости его братьев", но мидраш читает "ров", как "большую часть". После всех героических поступков Мордехая он вызывает положительное отношение большинства братьев, но не всех, потому что многие его собратья, члены Санhедрина, осуждали его, что он пошел в Кнессет вместо того, чтобы заниматься Торой.
Ответы на вопросы
Ответ на вопрос:
Когда Творец объявлял наказания Адаму и другим участникам эпизода нарушения заповеди есть от дерева познания, то Адам был наказан тем, что он в поте лица будет есть хлеб свой. Если человек будет заниматься только Торой, то не нарушает ли он этим Божественное постановление? - Ответ должен состоять из нескольких уровней. Во-первых, правы те, которые говорят, что это объявленное наказание Адаму вряд ли может считаться заповедью человеку. Точно так же, если женщине сказано, что ты в муках будешь рожать детей, а теперь женщина нашла способ обезболивания родов, то ее никто не может упрекать за то, что она нарушает Божественное определение (не имеет значение, сколько прошло тысячелетий, Тора - вечна). Это - один уровень, что само по себе проклятие едва ли должно считаться заповедью. Можно упомянуть hалахический мидраш, что слова "В поте лица будешь есть хлеб свой" содержат некий hалахический принцип, а именно, если капля пота с лица упала в пищу, то это не портит пищу и ее можно есть, а если капля пота упала с другой части тела, то это делает пищу для еды непригодной. Очень важно такое объяснение, что занятия Торой вряд ли можно исполнять по-настоящему без "пота лица своего". Наоборот, человек, который трудится, сохраняя "олимпийское спокойствие" и читает Тору так, что у него "галстук не съезжает на бок", вызывает очень сильные подозрения в том, что он немножко "не тем" увлекается, и что, может быть, желание его не к Торе Всевышнего, а к тому, чтобы оттачивать свой ум, или остроумие, или эрудицию, или еще что-нибудь. Человек же, который трудится над Торой "изо всех сил" - он трудится как следует, и не только "в поте лица своего". Можно вспомнить из Талмуда, что, когда Рова размышлял над некоторой hалахической проблемой, то он не заметил, как он ногтями одной руки впился в другую руку и поранил ее до крови, и это уже не "пот". Сектант или идолопоклонник, который стоял рядом, сказал: "Ну что вы за народ такой торопливый, почему вы поставили язык впереди головы? Зачем вы сказали: "сделаем и услышим"? Надо было сначала подумать, в ваших ли силах взять на себя обязательство заниматься и исполнять Тору или нет. Что же вы занимаетесь членовредительством!" Надо поэтому понимать, что заниматься Торой "изо всех сил" - это вовсе не прохлаждаться, наоборот, это занятие самое тяжелое из всех. В Талмуде есть обсуждение, где все согласны с тем, что горькие слова, сказанные Йовом, являются фактом: "человек рожден для изнурительного труда". Спрашивается: какого изнурительного труда? Над бытовыми проблемами или над Торой? Так вот, предпочтительно, чтобы он изнурительно трудился над Торой. По поводу того, что основа постановления Всевышнего не пот, а добывание хлеба, надо сказать, что хлеб можно добывать разными путями. Рабби Шимон тоже понимает, что хлеб надо добывать, когда он говорит, что вы все занимайтесь Торой, а хлеб как-то сам собой добудится, если вы всерьез будете трудиться над Торой.
Ответ на вопрос:
Изучение Торы - это самоцель или это для того, чтобы исполнять заповедь? - На низшем уровне - это для того, чтобы исполнять заповедь, а на высшем уровне - это самоцель. Это некоторый цикл, когда я сначала учу Тору для того, чтобы знать заповеди и их законы и как их исполнять, а потом, исполнив заповедь, я с более углубленным пониманием возвращаюсь к занятию Торой, как самоцели. Творец сотворил мир, что явно говорится в словах пророка Ишаи, ради Его, Всевышнего, Славы, то есть, должна раскрыться в этом мире Слава Всевышнего. Раскрывается она посредством самых разных поступков человека, но самым высшим образом, когда человек занимается, как следует Торой, потому что Тора - это Божественный разум. Если человек занимается Торой сам для себя, то он занимается собой, а не Торой. Если он занимается Торой ради нее, то тогда он превращается в инструмент и тогда все хорошо.
Ответ на вопрос:
Как определить, что такое "занятие Торой"? Является ли это изучением текста, сравнением разных мест текста, комментирование его? - Когда мы с утра, начиная день, произносим благословение на занятия Торой, то мы не говорим, например, "который повелел нам выучить Тору, или учить Тору или знать Тору", а говорим "заниматься словами Торы". То есть, человек должен заниматься словами Торы, где слово "заниматься" в русском языке (и близко и в иврите) обозначает не только быть занятым, но и загораться этим. Таким образом, человек должен быть занят словами Торы. Нужно помнить, что под конец книги Дварим, когда Моше кончает повторение основных законов, моментов, и кончает свои наставления народу перед уходом, он говорит: "Не думайте, что это (Тора) вещь пустая без вас" - "ки ло-давар рек hу микэм". При непредвзятом чтении эта фраза ударяет, как током. После того, как он объяснил колоссальную важность всех законов Торы, безумную ответственность человека за исполнение этих законов, он говорит: "не думайте, что это вообще "бросовый товар". Кому могло прийти в голову так понимать? Этот стих очень труден, есть его обсуждение в мидраше. Как можно понять такое утверждение? Человеку вообще запрещено произносить слова, которые самоочевидны. Не то, что бы это было преступлением, но мудрецы считают недостойным занятием использовать дар человеческой речи для того, чтобы произносить самоочевидные вещи. Слова "сегодня хорошая погода" допустимы только в качестве приветствия, особенно у англичан. Если же такие слова сказаны, и вы считаете это содержательным посланием, то это запрещено, потому что это пустая болтовня. Тем более от самой Торы мы не можем ожидать такого заявления, которое с самого начала очевидно. Талмуд, когда он не видит, что нового произносит какой-нибудь мудрец, немедленно спрашивает: "А что бы я мог подумать иначе?" Если ты ничего не опровергаешь и ничего не исключаешь, то зачем ты это говоришь? А Моше говорит: "И не подумайте, пожалуйста, что Тора это вообще вещь пустая". Так ведь никто не мог бы подумать! Поэтому надо понять, в чем дело? Мидраш говорит "ло давар рек hу микэм" - "это не пустая вещь от вас? А если пустая, то знайте, что это - от вас". И очень простой смысл заключен в этом стихе, а именно, что эта фраза означает: "Не подумайте, что Тора - вещь, в которой нет вашей личности!" То есть, не подумайте, что это просто объективный текст, который можно читать, изучать. Занятие Торой состоит в том, что вы вкладываете свою неповторимую Божественную личность в этот текст. В этом все дело. Определить дальше, "что такое занятие Торой?" - это все равно, как определить "что такое семейная жизнь"? Можно, например, определить семейную жизнь так, что это сводится к распределению обязанностей: один "выходит на охоту", а другой "разводит огонь в очаге", но на самом деле это очень интимное и личное занятие. Так же и с Торой, и, конечно, это занятие в сильной степени включает в себя и изучение текстов, и преодоление технических трудностей и т.д., но самое главное состоит в том, что я должен поместить свою личность туда; я должен открыть тот "Лик Торы", который обращен ко мне. Как говорят мудрецы, у каждого еврея есть своя буква в Торе, которая ждет его, и никто другой ее не откроет.
Если так понимать занятия Торой, то возникает вопрос: для чего нужно было вводить нас в эту Землю, не лучше ли было бы оставаться в пустыне, где можно было заниматься Торой, не отвлекаясь на бытовые проблемы. Возможно, что это могло быть правильным в применении к Адаму до того, как он согрешил, хотя это очень "гадательная модель". Однако, после того, как Адам согрешил, состояние всего мира изменилось, и функция человека заключается не только в том, чтобы заниматься Торой только на духовном уровне, потому что, если ограничиться этим пониманием, то возникает очень трудный принципиальный вопрос. Поскольку есть заповедь заниматься Торой, и нет сомнений в том, что такая заповедь есть, и поскольку есть принцип, что человек, который занимается заповедью, он освобожден от другой заповеди, то, может быть, можно задать такой вопрос, что если я занимаюсь Торой, то почему я должен исполнять какую-либо другую заповедь? И это очень серьезный вопрос. Конечно, есть заповеди в самой Торе, которые связаны с Землей Израиля, и их исполнение мы закрываем, если не входим в эту Землю. Но мы несколько расширили вопрос, сказав, что если я занимаюсь Торой, что является само заповедью, и самой важной заповедью, и тогда я свободен от исполнения других заповедей, тем более что говорится, что занятия Торой равноценно всем остальным заповедям. Как отвечают мудрецы на этот очень непростой вопрос? Они говорят так. Я имею право заниматься Торой только на том условии, что я обязуюсь исполнять заповеди, которые в ней записаны, поэтому я имею право и тем самым обязан делать перерыв в занятиях Торой для исполнения заповедей, потому что иначе мое занятие Торой становится незаконным. Человек обязан взаимодействовать с эти миром таким образом, который ему задан законом Торы, а поскольку человек и мир взаимосвязаны, то человек не может претендовать на то, что он будет заниматься Торой, как это делают ангелы, которые на чисто духовном уровне умеют делать лучше, чем человек. Человек же обязан реализовать свою очень сложную природу, потому что он принадлежит отчасти духовному миру, а отчасти материальному, и в материальном мире он должен находиться в особых условиях. Если он человек, то он не имеет права, например, употреблять в пищу кровь, или есть часть от живого, или присваивать чужую жену. Это - для всего человечества, а если он еврей, то есть еще масса условий. В частности, он должен жить на Земле Израиля, иначе он не реализует себя, и он должен быть в связи со всем народом Израиля, который живет в этой Земле, иначе он не исполнит своей задачи, которая поставлена: "Нужно сделать человека". А для того, чтобы сделать человека, нужно жить таким образом. Иначе поколение пустыни было бы "в своем праве": зачем ходить куда-то и брать на себя обузу, когда у нас каждое утро выпадает хлеб с Неба, так вроде бы - поешь и занимайся Торой. Так не получается, этот "ангельский режим" нам запрещен, потому что человек - это сложное существо, это не только дух, но и материя.
Можно ли так считать, что между народом в пустыне и народом, вошедшим в Землю Израиля, соотношение такое же, как соотношение между младенцем, который живет на всем готовом, и о котором заботятся родители, и человеком повзрослевшим? - Безусловно, что соотношение именно такое. Мудрецы говорят, что грех тех, кто не хотел входить в Землю Израиля из пустыни, это грех птенцов, которые выросли, но не желают летать. Они должны переходить к тому, чтобы принять на себя какую-то ответственность, выполнять свои взрослые функции.
Ответ на вопрос:
Человек был помещен в Райский сад для того, чтобы охранять и обрабатывать его. Он получал еще "разовые задания", например, давать имена животным и т.д. Так сохраняются на нем эти обязанности или нет? Считается ли это занятием Торой? - Это очень сложный вопрос, потому что Тора понятие неоднозначное. В прямом смысле занятие Торой становится обязанностью с того момента, как она нам подарена, то есть, после Синая. До Синая все эти разговоры приобретают несколько расплывчатый мидрашический смысл, когда мы говорим, что "приличные" люди предыдущих поколений занимались Торой, такие, как Адам, Шем, Ноах. Они, действительно, занимались Торой и это не просто сказки, потому что Всевышний, как мы видим в нашем текущем разделе, говорит Ноаху, что ты "из нечистых возьмешь по паре, а из чистых возьмешь по семь пар", что означает, что Ноах уже выучил некоторые довольно тонкие законы Торы - какие животные чистые и какие нечистые. В этом смысле мы должны признать, что Всевышний сообщал какие-то важные сведения Торы таким людям, которые находились на подходящем уровне. Безусловно, что если Адам дает имена животным, то это достойное занятие, которое требует полнейшего напряжения духовных и интеллектуальных сил. Однако, была ли у него обязанность заниматься Торой? - Это вопрос, на который трудно ответить. Скорее всего, что такой прямой обязанности он не получал. Можно ли считать занятием Торой только изучение текста или же пахота, когда человек не запрягает вместе вола и осла, может тоже считаться исполнением заповеди Торы? То, что человек исполняет заповеди Торы, следуя всем тонкостям предписаний, нельзя исключить из области практического занятия Торой.
Ответ на вопрос:
Может ли нееврей заниматься Торой и достичь в этом каких-то успехов? И другой вопрос параллельно: может ли еврей, не соблюдающий заповеди, достичь каких-то успехов в изучении Торы? - На первый вопрос ответ таков, что Тора задумана для того, чтобы быть переведенной на все языки народов мира. Нееврею никак не закрыто чтение Торы, он может ее читать и получать из нее много полезного. Нееврею запрещено преподавать в связанном виде нашу Устную Традицию, потому что она является наставлением народу Израиля. Из этой Устной Традиции мы можем только отдельные части преподавать неевреям. Это - полезно, если знать, какие части, для того, чтобы вызывать у них понятие Божественной справедливости, которое предписано нашем народу, и особенно имущественные законы и пр. То есть, все то, что относится к справедливости между людьми. Все это можно передавать в какой-то степени неевреям, но, конечно, не всю полноту традиций, потому что она - для нас. Что касается еврея, который не соблюдает заповеди, то он должен с чего-то начинать, и поэтому еврею рекомендуется начинать изучать Тору даже в том случае, если он не воспринимает это, как Божественное наставление, но если он понимает, что это - драгоценная часть нашей традиции, полученная от предков, и что в этом наша мудрость. Тогда он может заниматься и может продвинуться. Если же он принципиально рассматривает это только, как произведение литературы, то вряд ли он особенно далеко продвинется по той простой причине, что этот текст не допускает настоящего "постижения снаружи", а "вход внутрь" обозначает надевание на себя "хомута обязанностей", которые Всевышний накладывает через Тору.
Ответ на вопрос:
Какого рода теоретическое введение допустимо или полезно для человека, который не только ничего не соблюдает, но еще и не принял никакого решения двигаться к соблюдению? - Этот вопрос совершенно неоднозначный, он очень разный в разные эпохи. В наше время авторитеты не исключают даже знакомство с Каббалой, в частности, есть книга "Тания", которая тоже в значительной степени примыкает к этому, и она сегодня не запрещена человеку, который сегодня еще не начал ничего соблюдать. Однако, надо иметь в виду, что тот, кто рассчитывает ограничиться только этим, и будет думать, что он вошел в Традицию, он сильно заблуждается. Это полезно только для того, чтобы в человеке пробудить "аппетит", чтобы его душа откликнулась. То, "чтобы душа откликнулась" это, действительно, очень важно, потому что любое соблюдение заповедей, которое делается на чисто внешнем уровне, не обладает большой ценностью. Конечно, это лучше, чем, если совсем их не соблюдать, но опять-таки их ценность только в том, что они могут послужить теми внешними движениями, которые пробудят душу. Если бы Всевышнему были бы нужны механические автоматы, исполняющие предписания, то Он бы сделал такие автоматы, до которых человеку никогда не дотянуться. Все дело в том, что Ему нужна человеческая служба с нашей стороны. Поэтому нужно соединение этой страсти, о которой говорит наш стих, что "к Торе Всевышнего его желание", то есть, я горю желанием проникнуть в Каббалу, в Танию, я хочу почувствовать все эти миры, дойти до контакта со Всевышним, но при этом я понимаю, что мне необходимо встать, соблюдать все, что положено, и до изнеможения изучать все тонкости законов соблюдения шабата, кашрута, и прочих вещей. Если эти две стороны я никак не соединяю, то я остаюсь на одной из очень легких позиций, которые заменяют человеческую жизнь. Человек двойственное существо. Его с одной стороны тянет изобразить себя ангелом, и это опасное заблуждение, потому что человек - не ангел. С другой стороны, его тянет изобразить себя объектом материального мира, и это не менее опасное заблуждение, потому что человек и не ангел и не животное. Поэтому его тяга вверх и его прикладное занятие внизу должны сочетаться таким образом, чтобы оставался просвет. Грубо говоря, люди делятся на две разные категории: высокоидеологических вдохновенных личностей и службистов, которые исполняют свои обязанности. В человеке же должно быть и то и другое. Человек, который изучает какой-то текст, например Тании, и при этом никуда не движется ни в смысле изучения текстов, ни в смысле практического соблюдения, находится не в худшем состоянии, чем человек, который ничего не начал изучать, по крайней мере, он "на медленном огне" хоть что-то подогревает. Главное - не закрывать глаза и уши и сердце тому, что, может быть, что-то блеснет. До тех пор, пока у человека нет проблеска, все слова Торы, которые он слышит, находятся снаружи. Про это потрясающим образом сказал Менахем Мендель из Коцка. Он задал такой вопрос: почему Тора в тексте "Шма" говорит: "И пусть эти слова (слова Торы) будут у вас на сердце"? Почему сказано "на сердце", когда надо было сказать "в сердце"? Почему они должны быть "снаружи"? Он отвечает так, что, конечно, желательно, чтобы они были "в сердце", но оно закрыто, оно, как камень. Положите на сердце, и в тот момент, когда оно приоткроется, тогда они провалятся. Если человек хоть что-то изучает и, если он не прозевает тот момент когда "сердце откроется", то - дело пойдет! Но иногда приходится ждать долгие годы. В Шир-hа-Ширим Шломо говорит: "Не торопите любовь, пока она не проснется".
Ответ на вопрос:
Мидраш говорит, что Тора задумана для того, чтобы быть переведенной на все языки. Тора сообщает заповеди, что, перейдя Йарден и войдя в землю, первым делом надо было взять камни со дна Йардена, составить их, обмазать известкой и написать слова Торы, хорошо объясненные. Мидраш говорит, что написать надо было на семидесяти языках. Как они могли в один день совершить такой переход, построить эти камни и написать на семидесяти языках Тору? Это, конечно, трудно практически вообразить, но главное, что такая идея существует в мидраше, что Тора изначально задумана для того, чтобы ее перевели на все языки. Правда, это само по себе еще не доказывает, что она задумана для чтения неевреями, может быть, она была задумана для чтения евреями, которые, подобно нам, лучше читают на других языках, чем на своем. Тогда почему же перевод Торы на греческий язык, который был заказан царем Птоломеем, считается траурным событием? Это объясняется тем, что у него побуждения были нехорошими. Он не для того заказал перевод Торы, чтобы приобщиться к Божественной мудрости, а для того, чтобы сказать, что, вот, теперь, ваша мудрость тоже в нашем распоряжении, и мы не хуже вас. Это была трагедия не потому, что этот текст стал известен другим народам, а как раз наоборот, Бог хочет, чтобы все народы узнали Его и о Его присутствии в этом мире. Важно только, чтобы это произошло в той фазе, когда люди готовы к этому, а это и в то время, не было фактом, да и сегодня не очень является фактом. Хотя, как ни странно, через поразительные превращения, наверное, люди в каком-то смысле приближаются к этому. Так, христианство сделало гигантский шаг по сравнению с идолопоклонством. Сам по себе перевод на греческий язык, безусловно, интереснейший вопрос для историков. Мы обсуждаем сейчас мидраш, который говорит, что этот перевод был сделан по заказу египетско-греческого царя. Понятно, что реальность мидраша не обязана соответствовать исторической правде, и мы бы с удовольствием послушали настоящее историческое объяснение.
Ответ на вопрос:
Как расценивает традиция изучение мира другими способами, не через изучение Торы? - Надо ответить так, что традиция расценивает это двойственно. Есть немало авторитетов, как прошлого времени, так в какой-то степени и настоящего, которые относятся к другим путям постижения реальности сдержанно, а к некоторым даже отрицательно. В частности, если мы говорим о научном постижении мира, то среди очень ярких противников этого занятия можно назвать рабби Нахмана из Браслава. Это тема отдельная, но кратко можно сказать, что рабби Нахман и другие боялись того, что занятие научным постижением мира отвлечет еврея от непосредственной внутренней связи с Творцом. Всякая опасность объективного знания делает более прохладным внутренний канал связи. С другой стороны, мы знаем очень горячих сторонников научного постижения мира, среди них, например, Виленский Гаон, Альтер Ребе, автор Тании, не говоря уже о Рамбаме, во времена которого, правда, наука понималась совсем по-другому. Гораздо тоньше и менее однозначно выражается отношение к постижению мира ненаучным путем, но не через тексты Торы Письменной и Устной, а например, через художественное постижение мира. Среди сегодняшних авторитетов, например, нелегко найти таких, которые сказали бы, что рекомендуется читать художественную литературу - поэзию и прозу. Я отношусь положительно и к научному и к художественному постижению мира, считая, что человек должен реализовывать те инструменты, которые Всевышний человеку дал. Поэтому не надо уподобляться тому хасиду, который утонул, потому что ждал чудесного спасения от Всевышнего, и не хотел пользоваться лодкой или вертолетом, которые были посланы ему на крышу. Конечно, здесь есть свои границы. Один из комментаторов давнего времени, раннего периода ахроним, говорит так, что если человек поясняет какую-то мысль торанического текста примером из светской области, научной или художественной, то этот пример входит в занятие Торой. То есть, вопрос только в том, к чему направлено желание человека. И самое главное, если его желание направлено ко Всевышнему. Есть знаменитая мишна в трактате Авот, где обсуждается вопрос о том, кто мудр. И говорится, что это "тот, кто учится у каждого". Казалось бы, что имеется Талмуд, так пусть каждый у него и учится. Но мудрость рассматривается не как состояние, а как свойство. Если человек стремится к мудрости, то он будет ее приобретать из любого источника. Есть замечательный комментарий к этой мишне. Приводится аналогия с человеком, который торгует определенным товаром, и если он видит подходящий ему товар, то он не смотрит на то, продает ли его красавец или урод, умный или дурак, он просто хочет приобрести этот товар. Точно так же и мудрость. Человек, который стремится к мудрости, приобретает ее из любого источника. Однако, при этом надо быть уверенным в том, что ты стремишься к мудрости, а не перекидываешься на другую сторону.