З. Дашевский
Лекция 10. Псалом 51. /5:8/ Трактовка стиха: "по Твоей великой милости я войду в Твой дом..." и слова "хесед". Сопоставление в мидраше Лота и Ноаха. Объяснение, почему только праведнику разрешено наблюдать гибель злодеев. Ответы на вопросы: является ли наблюдение за гибелью злодея испытанием и дано ли оно, чтобы человек не радовался этому; о необходимости петь песню в честь спасения. Трактовка слов "А я", как противопоставления и поклонения в трепете перед Всевышним. Мальбим об отношении Давида к Храму и ко Всевышнему; отличие от идолопоклонника. Как понимаются слова "трепет" и "святыня". Намек в стихе на трех праотцев. Каков общий смысл и особенность молитвы Давида. Обсуждение проблемы "праведник и ему хорошо" и "праведник и ему плохо".
2. /5:9/ Трактовка смысла просьбы Давида ко Всевышнему: "справедливого пути" и "прямой дороги", спасающей от недоброжелателей. Обсуждение инструкции: "Суди каждого в сторону заслуг".
3. /5:10-13/ Характеристика злонамеренных людей и тех, кого имеет в виду Давид в его ситуации. Просьба ко Всевышнему вынести обвинительный приговор восставшим против Него. Трактовка слов: "Возрадуются все, кто льнет к Тебе". В чем состоит главная награда и радость. Объяснение слов "ки" и "цина". Главный смысл этого псалма - просьба Давида показать ему "правильную дорогу". Возможность иного прочтения этих слов Давида.
Слова Давида, что он "войдет в Божественную Обитель"; трепет его перед Всевышним.В восьмом стихе пятого псалма говорится: "А я по великой милости Твоей войду в Твой дом, поклонюсь твоему святому чертогу в трепете перед Тобой". В предыдущих стихах Давид говорил о тех людях, которые ненавистны Всевышнему, и что Он их оттолкнет от Себя. В отличие от этого о себе он говорит, что в "силу Твоей великой милости я войду в Твой дом". Что обозначает слово "хесед" в языке Танаха, - это вопрос очень интересный. Есть мнение современных исследователей, согласно которому хесед в Танахе обозначает не то, что он значит на языке мудрецов, и эти отличия нужно очень хорошо различать. Большинство классических комментаторов не проводят этого различия. Однако, в таком авторитетном источнике, как "Даат микра", говорится, что в языке Танаха хесед - это не подарок, то есть, не то, что дается сверх положенного и заслуженного, а это то, что делается в исполнение обязательств, то есть, Всевышний заключил союз с народом Израиля, и Он верен своему обещанию, и именно это называется хесед - верность этому союзу. При этом большинство переводчиков и комментаторов понимают здесь это слово именно как милость, как то, что дается человеку не по мерке его личных заслуг. Раши говорит, что хесед исследователи понимают, как верность своему обязательству того, кому это свойство приписывают. В данном случае, поскольку говорится о хеседе Всевышнего, то имеется в виду, что Ты, Всевышний, настолько верен своему обязательству перед нами, что Ты нас хранишь, и даешь нам возможности и т.д. Все классические комментаторы понимают хесед в обычном смысле, как в языке мудрецов, что Ты нас одариваешь Своими благодеяниями. Мы знаем, что Авраам является носителем этого качества хесед (независимо от разницы в понимании этого слова), так же, как все семь прародителей и руководителей нашего народа, которые соответственно являются носителями основных качеств. Раши говорит так, что в предыдущих стихах Давид говорит о том, что Ты накажешь, отомстишь тем, кто плох, а я войду в Твой дом и выражу благодарность Тебе за то, что Ты дал нам такую чрезмерную милость - что мы еще увидим мщение, которое с них взыскивается.
Эта тема нередко встречается в мидрашах. Когда в разделе о Потопе говорится, что Ноах получил очень четкую инструкцию о том, как устроить ковчег, то там говорится, что для освещения он должен был сделать "цоhар", и мудрецы спорят в мидраше о том, что представлял собой цоhар. Один сказал, что это - окно, а другой сказал, что это драгоценный камень, который испускал свет. Этот спор для людей, воспитанных на простенькой атеистической литературе, слегка напоминает обсуждение "проблемы" сколько ангелов помещается на кончике иголки (так, по крайней мере, писали атеисты, конечно, это не обсуждается в Талмуде). Есть очень глубокое объяснение этого спора - было ли это окно или драгоценный камень? Этот спор ставится в параллель знаменитому обсуждению слов, сказанных про Ноаха, что Ноах был праведным и непорочным в своих поколениях. Что значит "в своих поколениях"? Один сказал, что это усиливает похвалу Ноаху, что он даже в таких злодейских поколениях был праведным, а другой говорит, что это ослабляет похвалу, потому что среди злодеев он считался праведником, а если бы он жил в поколении Авраама, то он бы таковым не считался. Есть такое мнение, что Лот является ответом на вопрос: что было бы с Ноахом в поколении Авраама? Лот во многом очень похож на Ноаха, они оба напились до неприличия, есть и другие сходства. Лоту ангелы запрещают оглядываться на разрушаемый город Сдом, и некоторые комментаторы говорят, что это то же самое, что мнение об этом цоhаре в ковчеге. Если цоhар это окно, то Ноаху было позволено наблюдать, как разрушается весь мир вокруг него. Если же это драгоценный камень, то можно объяснить так, что тебя спасают, но ты не такой большой праведник, чтобы видеть, как вокруг наказывают злодеев. То же самое относится и к Лоту: тебе хватает заслуг или протекции, или их вместе на то, чтобы тебя спасали, но смотреть, как гибнут эти злодеи, ты "не дорос". Здесь для нашей простой и естественной морали возникает проблема, какое удовольствие и заслуга может быть в том, чтобы наблюдать, как наказывают злодея? Прямого ответа в мидрашах не удается найти. Когда праведник смотрит на то, что кому-то плохо, у него будет правильная реакция по той простой причине, что он праведник. Что же такое правильная реакция? Конечно, он не станет злорадствовать и говорить, что ему поделом. Правильной его реакцией, вероятно, будет то, что он преисполнится трепетом перед Всевышним. Ибн Эзра говорит так, что вообще-то в Храм приходят для того, чтобы принести какие-то жертвоприношения, то есть, приходят не с пустыми руками, а Давид говорит, что я приношу Тебе только мой страх перед Тобой, я вхожу "в трепете". Это, в конце концов, окончательная цель всего служения Богу, всего существования человека на земле. Можно вспомнить, как Моше уговаривает евреев не бояться тех аффектов, которые происходят во время Синайского откровения, и он говорит: "Не бойтесь, это все Бог делает для того, чтобы Страх Его был на ваших лицах". Получается при простом понимании, что он как бы говорит: "Не бойтесь для того, чтобы бояться". Имеется в виду, что не бойтесь конкретной опасности, того, что вам сейчас будет причинен ущерб, потому что эти сильные аффекты предназначены для того, чтобы запечатлеть трепет перед Божественным управлением миром. Очень может быть, что возможность видеть наказание злодеев важно именно для того, чтобы оно породило в наблюдающем именно этот "страх на лицах". Подтверждением этому может быть мидраш к разделу "Итро" в книге Шемот, который начинается со слов: "И услышал Итро... и пришел". Мудрецы обсуждают, что же он услышал? Один из вариантов ответа, что он услышал про войну Амалека, как он нагло напал на Израиль, когда они были ослаблены дорогой. По этому поводу мудрецы приводят стих из Мишны: "Насмешника побей, и простак вразумится (станет ухищреннее)". Насмешник - это Амалек, его основное качество, что он не допускает внутрь никакого упрека, он абсолютно закрыт для всякой тшувы, а простак, наблюдая как погиб этот насмешник, воспримет это, как урок, и станет умнее. Простаком в этом мидраше выступает Итро, а насмешником Амалек. Поэтому можно сказать, что для порядочного человека картина наказания злодея является "методическим пособием" для того, чтобы выработать в себе (вживить в себя) этот трепет, страх перед Всевышним.
Ответ на вопрос:
Можно ли отнести возможность наблюдения за наказанием злодея не к заслугам, а к испытанию? - Надо сказать, что все, что происходит с человеком, является испытанием, поэтому если мы увидим в каждом действии, в чем именно заключается испытание, то эту тему всегда можно развить с некоторой пользой. Однако, само по себе утверждение, что нечто является испытанием, пока еще не дает никакого конкретного ответа, потому что надо сформулировать, в чем будет испытание? Идея о том, что это дано для того, чтобы человек не радовался, на самом деле очень простая, хотя такое свойство радоваться чужой беде иногда и свойственно человеку, когда срабатывают чисто животные инстинктивные механизмы. Но человека, который стоит на достаточно высоком уровне, мы не можем подозревать в том, что у него такие животные инстинкты. И здесь идет речь не о злорадстве, а о том, что если считается, что только избранные могут быть допущены к тому, чтобы видеть, как наказывают злодеев, то, наверное, это потому, что в этом уроке для человека подготовленного, по-видимому, содержится что-то важное, а именно, что это выявляет глубже трепет перед Всевышним. Здесь, безусловно, реализуется Божественная справедливость: злодей наказан по справедливости, но наказание достаточно сильное для того, чтобы заставить трепетать каждого, потому что в каждом есть злое начало. И каждого это касается, как урок, относящийся к его личному будущему, а не только, как то, что какому-то там человеку плохо, ну и слава Богу!
Когда на глазах у Израиля гибли в море египтяне, то этот пример содержит нечто большее, чем наблюдение за тем, как наказаны злодеи. Израиль поет песню не просто в честь того, что злодеи наказаны, а это первая песня в Торе, которая поется в честь избавления от смертельной опасности. При этом ангелам не было разрешено петь хвалебную песню, хотя ангелы видят, как реализовалась Божественная справедливость, но этого мало, потому что гибнут Божьи создания, и это не повод петь. В том случае, когда это освобождение от смертельной опасности, то спасенным можно петь, и даже должно петь. Это совсем другая сторона дела. Если нормальный человек не произнесет песню в честь того, что Всевышний дал ему чудесное спасение, то он - неблагодарное создание, и это очень плохо. Это поставлено в строку праведному царю Хизкияhу, который не пел песню по поводу чудесного избавления, когда ангел в одну ночь истребил всю ассирийскую армию, хотя он наверняка произносил благодарственные молитвы, однако, то, что песню в честь спасения он не сказал, это плохо.
Раши, Ибн Эзра и другие считают, что в этом стихе Давид противопоставляет и говорит: "ве-ани". Глагол в будущем или в прошедшем времени несет в себе среднее лицо, поэтому, если он не хочет подчеркивать, то в этом местоимении нет нужды, поскольку из того, что он говорит "я войду" уже не нужно говорить еще раз "я". Когда же он начинает этот стих с "А я" (войду), то он явно противопоставляет себя тем, кто был описан перед этим. То есть, он как бы говорит: "Вот, они - злодеи, и Ты их оттолкнешь и накажешь, а я по Твоей великой милости войду в Твой дом". Меири, выдающийся авторитет эпохи ришоним, важный комментатор Мишны, интерпретирует слова Давида так: "Хоть я и не достоин этого, но по Твоей великой милости я войду в Твой дом. И это выражение очень большой близости между нами, но я не возгоржусь этим". Что свойственно человеку? Как Аман говорит жене и своим дружкам: "Царская чета никого не пригласила на свой пир, кроме меня". Что же Давиду гордиться тем, что его допустили в царский дом? Так вот, Давид как бы говорит: "Я понимаю, что Ты допускаешь меня в Свой дом по великой милости, и я не возгоржусь этим, а поклонюсь тебе в трепете". Есть здесь такая важная линия, которую выражает Мальбим, но она есть и у более ранних комментаторов. Мальбим говорит, что идолопоклонник идет в свой идолопоклонский храм из страха, что божество, которому он поклоняется, может ему причинить зло, когда же он входит и видит безжизненное создание, то он успокаивается, и страх его проходит. Здесь же все наоборот, человек идет в Храм, ведомый Божественным, всепроникающим хеседом, милосердием, добром, а войдя и приближаясь к Нему, он наполняется трепетом перед бесконечно возвышенным. То есть, это прямо противоположные явления. Имеется такая мысль у одного из очень важных комментаторов Хаима Вителя в его книге "Дерево познания добра". Он говорит очень похожие вещи: "Другие входят в Храм в трепете, а войдя, осмелевают, а Давид говорит, что я, входя, сознавал, что я не достоин, и только по доброте Твоей вошел, а когда приблизился, то наполнился трепетом". Это очень близкая мысль к тому, что говорит Мальбим.
Ответ на вопрос:
Возможен ли такой вариант объяснения, что, быть может, награда, которая обещана праведникам в конце времен, в Грядущем мире, заключается в том, что им будет показана Божественная справедливость от начала и до конца времен, такая гигантская панорама, как в каждом событии детально реализуется Божественная справедливость, всепроникающая. В этом мире далеко не каждый дорос до такого уровня, чтобы ему показали это хотя бы локально. Когда происходит наказание злодеев, то человек должен быть на очень высоком уровне для того, чтобы его допустили на такой выделенный показ. - Это вполне разумная мысль, которая показывает какую-то другую грань.
Давид здесь говорит, что он войдет в эту Божественную обитель, и это для него самое главное не только в этом псалме. Можно вспомнить, что когда Давид покидает Иерусалим со сравнительно небольшой группой преданных ему людей, и когда в Иерусалим готов вступить Авшалом со своими сторонниками, то следом Давиду выносят Ковчег Завета, чтобы он сопровождал его. И Давид говорит: "Верните Ковчег в город. Если Всевышнему будет угодно и он вернет меня, то может быть, что Он меня вернет и покажет свою обитель". То есть, это для Давида главное. Это поразительно, потому что это не только политический лозунг, а на самом деле центральное обстоятельство жизни - будет ли он допущен к этой обители? Мы увидим и дальше в Псалмах, как Давид говорит, что его главная и почти единственная просьба - это наслаждаться Домом Всевышнего. Понятно, что когда он говорит Дом или Обитель Всевышнего, то имеется в виду, конечно, Храм, который во времена Давида все еще не построен, но Давид уже заведомо знает, где это место, и он готовит все материалы и средства для строительства Храма, и он строит жертвенник. Поэтому не так трудно допустить, что Давид говорит об этом Храме так, как будто бы он уже существует. Можно полагать, что этот псалом составлен не Давидом, а последующим автором уже при построенном Храме. Естественно, что многие комментаторы говорят, что тот трепет, который охватывает при входе в Храм, должен возникать вообще при входе в каждое место, где есть святость. Когда человек входит в Синагогу, то его должен охватывать такой же трепет, как было с Яаковом, когда он проснулся после сна с лестницей и сказал: "Какой трепет вызывает это место. Это ничто иное, как Дом Бога". Таким образом, этот трепет является реализацией заповеди "Моих святынь бойтесь".
Как понимать здесь слово "святынь", это вопрос другой, но, во всяком случае, всякое место, где есть концентрация святости, где евреи собираются для молитвы или для жертвоприношения, где есть Храм, это место должно нормально вызывать у человека священный трепет перед святостью Творца. В этом стихе видят намек на трех праотцев. Давид говорит: "По Твоей великой милости", что означает, что я вхожу в Твой Храм за заслугу Авраама; "в чертог Твоей святости" - это за заслугу Ицхака, который был связан на жертвеннике для того, чтобы быть принесен в качестве священного принесения; и наконец, когда он говорит "в трепете", то это Яаков, который сказал: "какой трепет вызывает это место". Давид в этой картине говорит, что он не просто за заслуги этих трех праотцев входит, но он присоединяется к ним в качестве четвертой опоры этой Божественной колесницы. Есть такой комментарий, который говорит следующее, что есть люди, и их немало, которые обращаются ко Всевышнему с мольбой в состоянии бедности, когда они бедны и преследуемы. Когда же они богатые, то они не вопиют к Нему и не приходят, чего же вопить, если ты богат? Давид же говорит: "Я хоть и богат, и царь и облагодетельствован Тобой, я прихожу в Твой Дом. Спрашивается, что же ты говоришь, придя в Дом Господа? Молитва благодарности за все, что у меня есть и что мне ничего не надо - это молитва очень странная, потому что молитва должна быть страстной просьбой о том, чего тебе не хватает. Поэтому на первый взгляд удивляет, что же он хочет сказать? Конечно, в молитве надо прославлять Творца, каждая молитва должна начинаться и кончаться таким прославлением: начало это восхваление, а конец - это благодарность. Но середина должна быть очень горячей просьбой о том, чего мне существенно не хватает. Если ты, Давид, богат, имеешь власть, славу, облагодетельствован кругом, что же ты можешь сообщить в качестве просьбы? Молитва должна кроме всего прочего содержать мольбу: "Дай мне, чего мне не хватает!" Чего же не хватает Давиду? Ему не хватает близости к Лицу Всевышнего. Это Давид подчеркивает в нескольких местах. Он жаждет приблизиться к Его Лицу. Он страдает оттого, что его близость ко Всевышнему не совсем прямая. И это - человеческое состояние, это проблема и драма тех евреев, которые говорили Моше: "Отойди в сторону, мы хотим напрямую разговаривать со своим Царем", а потом они же говорят Моше: "Давай мы отойдем в сторону, чтобы нам не погибнуть". И Бог говорит, что очень хорошо то, что они так сказали, потому что это и есть положение человека в этом мире, когда он хочет приблизиться неограниченно, и сознает, что есть предел этому. Эта тема о том, что человеку средней руки будет страшно обращаться за помощью ко Всевышнему, и он будет обращаться тогда, когда ему плохо. Это напоминает обсуждение в Талмуде того, что такое "праведник и ему хорошо" и "праведник и ему плохо"; это знаменитая проблема, которая мучила Моше. Может быть, для того, чтобы выразить и избыть эту проблему, Моше, согласно традиции, сочинил книгу Иова. Во всяком случае, в Талмуде обсуждается, что же это: "праведник и ему хорошо и праведник и ему плохо"? Один из вариантов ответа, что "праведник и ему хорошо" - это полный праведник, а "праведник и ему плохо" - это неполный праведник. Такой вариант не проходит в качестве окончательного решения. Понятно, что простой смысл этих выражений таков, как же понять, что бывает так, что праведнику хорошо, а бывает так, что праведнику плохо, и где же здесь Божественная справедливость? Есть любопытный поворот совершенно другого прочтения, а именно такой. Праведник - это человек, который ведет себя праведно в ситуациях, когда ему плохо, а праведник, которому хорошо, даже в ситуациях, когда ему хорошо, ведет себя праведно, и это полный праведник. И здесь мы видим, что Давид, даже будучи облагодетельствован, все равно трепещет. И не надо думать, что он такой благородный человек, который думает, что, несмотря на мою благодарность Всевышнему, я буду перед Ним трепетать. Давид трепещет потому, что он, если перейти к парадоксальным определениям нашего времени, он - "оптимист". По всей вероятности, полный праведник - это такой человек, который видит, что всегда есть возможность, чтобы стало "плохо", он не успокаивается просто потому, что в жизни нет никакого основания для спокойствия; и он не боится никого и ничего, кроме Всевышнего, потому что видит, что нет никаких оснований бояться, он просто трепещет перед Всевышним.
Просьба Давида ко Всевышнему вести его по дороге справедливости.
В стихе девятом говорится: "Господь, веди меня в Твоей праведности из-за моих врагов, спрями передо мной Твой путь". Что означает: "веди меня в Твоей праведности"? В этом стихе начинается собственно просьба. Все предыдущие стихи были предисловием, они описывали свойства молитв и т.д., и восьмой стих завершал эту преамбулу. В девятом стихе уже начинается просьба. В чем состоит просьба? Она состоит в том, чтобы Ты, Всевышний, вел меня по дороге справедливости, которая желанна Тебе. То есть, это не так, что Ты - праведный и поэтому веди меня. Простой смысл именно таков, что Ты меня направь по тому пути, который является справедливым в Твоих глазах, для того, чтобы я спасся от моих недругов, которые стремятся меня сбить от состояния, когда я трепещу перед Тобой. И он описал это состояние. В чем особенность Давида по сравнению с другими людьми, которые неприятны Всевышнему? Она состоит в том, что он находится в этом состоянии трепета, и это состояние нельзя назвать естественным состоянием. Это состояние крайне напряженной работы, постоянной работы над собой, и это такое состояние, с которого очень многие стремятся человека сбить. Понятно, что те, кто стремится такое сделать - это враги внешние и враги внутренние. Эти два "набора врагов", которые не хотят допустить, чтобы человек находился в таком состоянии живой богобоязненности. Слово "шорерай" - очень интересное, оно много раз встречается в Псалмах; и ни одного раза в Танахе, кроме Псалмов, оно не встречается. Корень этого слова "шур", он не очень однозначный, но, скорее всего, основной смысл - "взгляд, глядеть, смотреть", поэтому, враги - это те, кто пристально следят за каждым его шагом; и слово "шаги", которое тоже нередко используется в Псалмах, от этого же корня. А "шорерай", таким образом, означает, что враги ревностно следят за каждым его шагом и ждут, когда же он, наконец, споткнется. Это как раз те недоброжелатели, из-за которых Давид просит вести его по пути справедливости. Меиири - важный ришон, который уже упоминался, говорит так, что Давид должен как-то объяснить, как-то извиниться по поводу того, что ему приходится просить Всевышнего вести его по прямой дороге, хотя выбор пути лежит на человеке, и сам человек должен выбирать хороший путь. Давид говорит, что из-за моих врагов, которые постоянно затевают против меня войны, у меня не остается времени трудиться над Твоей Торой для того, чтобы хорошо своим собственным усилием выбирать правильную дорогу, поэтому он и говорит: "помоги мне, пожалуйста, ее выбрать". Это - одно из объяснений, другое объяснение, что внутренний враг человека, злое начало, постоянно занимается очень простым делом: оно представляет человеку кривой путь в виде прямого, и наоборот, прямой в виде кривого. То есть там, где человеку можно сидеть и заниматься Торой, и не вмешиваться в дела, которые спокойно без него обойдутся, злое начало говорит: "Как ты можешь сидеть? Встань, и вмешайся!". В тех случаях, когда человек действительно должен вмешаться, злое начало говорит: "Посиди, отдохни немножко". И Давид просит: "Покажи мне прямой путь прежде, чем я пойду по какому-нибудь пути. Если же подсказка Твоя мне не поможет, то заставь меня выбрать хороший путь". Здесь мы встречаемся с проблемой, подобной той сцене, когда евреи просили сначала, что они хотят прямо говорить с Богом, а потом они говорят Моше: "Давай, мы отойдем, а ты будешь передавать. Бог в самой книге Дварим этим похвалился, и говорил, что все хорошо, что они сказали, и кто бы дал, чтобы их сердце всегда было в таком состоянии, чтобы они боялись Меня. То есть, Бог их похвалил, а Моше, напоминая эту сцену, сердится на евреев. Спрашивается, за что же он на них сердится? Моше сердится за то, что они услышали, как Бог сказал: "Кто бы дал, чтобы их сердце было в таком состоянии", а они промолчали, а должны были бы сказать: "Ты дай! Ты же всемогущ, и если Ты хочешь, чтобы было так, так сделай это!" Правда, есть такой принцип, что все в руках Неба, кроме страха перед Небом. Это верно, но первоначальный импульс, первое движение должно исходить от человека. Если он попросит помощи, то и в этом Небо ему поможет. То есть, если человек хочет быть богобоязненным, то он должен просить Бога помочь ему и в этом. И это сродни тому, что здесь просит Давид, чтобы Бог повел его, указал ему эту дорогу справедливости.
Есть такие объяснения в мидрашах и в комментариях, что, конечно, мы не знаем, о какой ситуации идет речь в этом псалме, может быть, это во время восстания Авшалома или во время преследования, а может быть, что это вообще человеческая ситуация. Так или иначе, Давид почти всю свою жизнь живет в состоянии неспокойствия, и преследований и проблем. И Давид говорит, что, когда мне надо вести войну, что особенно ясно видно в эпизоде восстания Авшалома, когда мне приходится воевать, и вдруг, среди восставших против меня оказывается человек невиновный и праведный, потому что большая часть народа присоединилась к Авшалому, и там наверняка много порядочных людей, так вот, если я такого невиновного убью, то я буду неправ. Твое Божественное качество - не мстить сразу тем, кто против Тебя поднимается, надо терпеть. С другой стороны, есть такой принцип, что если человек хочет тебя убить, то опереди и убей его. Я Тебя прошу, говорит Давид, показать мне, какой же путь справедливый, как мне поступать в такой ситуации? Имеется еще такой интересный ход мидраша, когда слово справедливость понимается мидрашем в очень прикладном смысле, как цдака, как благотворительность, и мы часто это встречаем в Талмуде в других мидрашах, что Давид просит о том, чтобы ему в качестве получателя цдаки не попался обманщик. Заповедь давать цдаку очень важна, и человек за выполнение заповедей получает награду. Однако, если ты даешь мошеннику, то ничего хорошего ты в результате не сделал. Поэтому Давид как бы просит дать ему средство, чтобы он мог, давая цдаку, спастись от обманщиков, которые будут брать ее на нехорошее дело, или не нуждаясь в ней.
Корень этого стиха в том, что Давид просит: "Направь меня по хорошему пути, по пути справедливости из-за моих врагов". Самое простое понимание такое, что если я пойду по плохому пути, то я споткнусь, и враги мои будут радоваться. Есть такое очень любопытное толкование. Если бы все люди исполняли инструкцию мудрецов, то есть, инструкцию Торы, которая записана в мишне "Авот": "Суди каждого в сторону заслуг", то не было бы нужды в том, чтобы Давид всегда выглядел хорошо и благополучно. Это явно уходит от пшата далеко, некий мудрец Талмуда говорит: "Я не могу позволить себе, будучи на своем уровне, четыре шага пройти без размышления над Торой или без тфилина". Конечно, возможно такое, что человек устал и расслабился, и должен отдохнуть, но если люди увидят, что он расслабился, то они могут подумать, что все, он откинул все в сторону. Поэтому человек, который является духовным руководителем народа, должен остерегаться как бы его минутная слабость или плохое состояние или какой-то сомнительный поступок не оказали бы дурного воспитательного влияния на окружающих. И он говорит, что хорошо было бы, если бы окружающие были склонны "толковать в сторону заслуг". Талмуд приводит знаменитый пример с работником, который нанялся на три года батрачить, а потом перед праздником он просит у хозяина денег, чтобы пойти домой. Хозяин говорит, что нет денег, тогда работник просит дать ему продукты, и получает тот же ответ. Он не дал ему даже подушку и одеяло, которые тот просил, и отправил его с пустыми руками. А через короткое время с нагруженным караваном он явился его щедро облагодетельствовать. И спросил хозяин, что ты подумал, когда я сказал, что у меня нет денег? И тот ответил, что подумал, что тебе подвернулась выгодная сделка и ты вложил все деньги. Тогда хозяин спросил, а что ты подумал, когда я сказал, что у меня вообще ничего нет? И он ответил, что подумал, что ты все пожертвовал Храму. На это хозяин сказал: "Клянусь, что так оно и было. Я распорядился и пожертвовал, а меня потом мудрецы освободили от этого. А за то, что ты растолковал все в сторону заслуг, то тебя тоже одарят". Это свойство толковать человеческие поступки в сторону заслуг совсем не пустое приговаривание, что все люди хорошие, а это попытка по общим свойствам человека отдельный его поступок повернуть так, что, может быть, ничего там зловредного не было. Поскольку Давид реалист, то он знает, что большинство людей не следуют этому правилу, а наоборот, увидев Давида в нехорошем состоянии, они скажут, ну вот, покатился. И именно, исходя из этого, Давид и просит: "Всевышний помоги, веди меня по хорошей дороге, и кстати, чтобы не было нужды меня наказывать, потому что, если Ты начнешь меня наказывать, то скажут, что вот, такой великий праведник терпит наказание, и где же Божественная справедливость!"
Просьбы Давида ко Всевышнему. Смысл всего псалма.
Десятый стих говорит: "Ибо нет в устах их истины их нутро - жульничество. Их горло - открытая могила, и их языки гладки". О ком он говорит? Очевидно, он говорит о врагах, он возвращается к тем категориям ненавистных Богу людей, которых он перечислял до этого. Можно сказать, что в этом стихе он объясняет просьбу, высказанную в предыдущем стихе: "Веди меня по дороге справедливости из-за моих недругов". Почему? Потому что у них нет незлонамеренных вещей. Их нутро - это сплошной злодейский замысел. И здесь упомянуты четыре органа человеческого тела: рот, нутро, горло и язык. Рот здесь, прежде всего, важен тем, что он выдает наружу хорошие речи и самые благие намерения на словах. Язык на всех языках имеет два значения - он потребляет внутрь при глотании пищу, и он выдает наружу речь. Этот язык нацеливается проглотить все, и выдает хорошо обдуманные обманные клеветнические речи. Что значит, что языки их гладки? На гладком языке очень легко проскользнуть в это самое горло, которое представляет собой отверстую могилу; это потрясающий образ - их гортань, как путь, по которому въезжают в отверстую могилу. Эти злонамеренные люди занимаются злоязычьем, они наговаривают на праведного человека, они говорят льстивые речи по отношению к тому, от кого надо что-то получить, они занимаются всеми видами клеветы и соблазнения. В ситуации Давида речь идет о том, что он, прежде всего, должен иметь в виду тех, кто окружает царя Шауля, и постоянно подкручивают его в ревности, зависти и ненависти к Давиду; это прежде всего Доэг эдомеянин. Кроме того, есть мидраши и комментарии, которые говорят, что имеются в виду те жители отдельных городов Иудеи, которые доносили на Давида и сообщали, где он находится. Этим они надеялись получить расположение и какие-то блага от Шауля. То, что гладкий язык источает сладкие речи, и готов проглотить, не является ли неким очень углубленным и очень обостренным предвестником сюжета "Ворона и лисица" (замечание для любителей изящной словесности)? Конечно, здесь не может быть прямой преемственности, но интересно то, что язык гладок сразу в двух смыслах, и это очень интересный образ, что он гладкий, когда с него стекают очень приятные речи, и гладкий в том смысле, что он уже готов служить "трапом", по которому съезжают в это горло и в утробу, которая является могилой. Одиннадцатый стих говорит: "Обвини их, Боже! Пусть они падут от их же замыслов, за множество их преступлений оттолкни их, ибо они восстали против Тебя". Здесь он обращается не к четырехбуквенному Имени, не к носителю милосердия, а к стороне суда, правосудия, и он говорит: "Вынеси им обвинительный приговор!" Этот приговор оправдан, обоснован тем, что качество и количество их преступлений того требует. Качество - потому что они не просто грешили, а совершали эти злодейские поступки задумано, запланировано, а количество - потому что они совершали их множество. Интересно то, что здесь использовано слово "моацотеhем" - "их замыслы, их советы". (Мы помним, что Советский союз назывался "Брит-hа-моацот" - "Страна Советов", что напрашивается на определение, как страны "полезных советов". В Танахе, как правило, все эти замыслы всегда подразумевают замыслы злодейские, и можно было бы считать символичным, что эта страна называлась страной "злодейских замыслов", то есть, получается, что это была "империя зла" даже по своему названию).
В стихе двенадцатом сказано: "И возрадуются все, кто льнет к Тебе (кто ищет в Тебе прибежища, защиты), вовеки будут ликовать, и Ты дашь защиту им (будешь защищать их) и будут веселиться Тобой (веселиться Тебе, радоваться Тебе) те, кто любит Твое Имя". Те, кто льнут к Тебе, те, кто прижимаются к Тебе, будут радоваться. То есть, можно понимать так, что в отличие от категории злодеев, которые были указаны, те, кто к Тебе льнет, они будут радоваться. Либо он хочет сказать, что когда Ты воздашь мщение, накажешь злодеев, то тогда будут радоваться. Трудно определить, какой именно оттенок он хочет подчеркнуть. И они будут радоваться вовеки, Ты будешь давать им защиту, а они будут ликовать, потому что они Твои рабы. То есть, радость их будет постоянной, и Мальбим говорит, что их радость будет постоянной, не так, как сейчас. В этом мире устроено так, что только после прошедшей беды и спасения от нее, человек наполняется радостью (так устроено в мире - "работа на контрастах"). В будущем это будет постоянная радость, причем, это не будет радость естественная, которая связана с простыми эмоциональными переживаниями - красивый цветочек, ветерок и пр., правда, нельзя сказать, что не надо наполняться такой радостью, она тоже вполне вещь хорошая. Однако, настоящая глубокая радость будет оттого, что они узнают, что находятся под Твоим сверхъестественным управлением; и это источник настоящей непреходящей радости, и это то, что ждет в качестве главной награды - сознание постоянного Божественного управления. Праведник отличается тем, что его радует не то, что он выиграет в лотерею, и не то, что ему будет обязательно благоприятный приговор, а то, что любой приговор будет исходить от Всевышнего лично. Вот, я выделен тем, что нахожусь под Его личным управлением. И это даже в том случае, если, не дай Бог, приговор будет плохим. Человек, конечно, просит хорошего приговора, но при этом он заранее подписывается, что он принимает любой.
В стихе тринадцатом сказано: "Ибо Ты благословишь праведника, Всевышний, как щит, окружит его Твое желание". Что значит "ибо", что означает это объясняющее и мотивирующее слово "ки", с которого начинается этот стих? У этого слова есть несколько функций, но здесь, скорее всего основное понимание, принятое почти всеми комментаторами, такое, что здесь дается объяснение, что причина веселья состоит в том, что Ты благословишь праведника. Слово "цина" обозначает название щита, который закрывает человека с трех сторон. То, что он этим щитом закрыт, приводит к параллели с благословением коhенов. Мы знаем, что каждый день утром, по крайней мере, в Израиле, коhены благословляют народ, это их обязанность из Торы. В этом благословении три фразы, содержащие очень важные слова. Каждый человек, которому удается попасть утром в Синагогу, и подпасть под это благословение, живет уже на протяжении этого дня в другом статусе, потому что он через коhенов получил Божественное благословение, где есть три части. В первой части три слова, во второй - пять слов, в третьей - семь слов. И это благословение как бы закрывает с трех сторон. Начало этого благословения коhенов: "йеварэха hа-шем ве-йишмереха" - "благословит тебя Всевышний и будет хранить тебя". Мидраш говорит, и Мальбим это повторяет, и объясняет это таким образом, что благословение Всевышнего дает человеку богатство. Бывает богатство, которое достигнуто благодаря успеху, когда человек ведет умно дела, и разбогател, такое бывает. Однако, в отличие от естественного успеха, который сопровождается тревогой, как теперь охранить это богатство и не потерять его, то богатство, которое дает Всевышний, сопровождается Его охраной. То есть, "Он благословит и охранит" (сверхъестественным образом).
Оглядываясь на весь этот псалом, довольно цельный по своей структуре, мы видим, что собственно просьба Давида - одна. Она состоит в том, чтобы Всевышний вел его по той дороге, которая соответствует Божественному желанию. Можно полагать, что слово желание относится к тем понятиям, которые, быть может, не предполагают притяжательного суффикса. Желание есть только одно - это то, что связывает Творца с творением. И если я существую в ритме этого желания, то я нахожусь в соответствии с Божественным замыслом, то есть, "рацон" - это, может быть, абсолютное понятие: Бог относится так к творению, и творение должно Ему отвечать тем же, и они тогда существуют вместе. Поэтому можно полагать, что Давид просит направлять его по этой дороге, которая "пряма в Твоих глазах", для того, чтобы избавиться от всех врагов, которые существуют, внешних и внутренних. Причем, никак нельзя отделить здесь Давида от народа, ни как человека, ни как царя, ни как политического или духовного руководителя народа, или как псалмопевца - это поразительное и абсолютное единство. Давид просит об одном, чтобы Всевышний показал, что дорога, по которой следует идти - это прямая дорога.
Есть такой интересный поворот. В девятом стихе имеется кри-уктив, когда читается и пишется не одинаково. В таких случаях, как мы знаем, надо постараться увидеть, для чего нам традиция передает этот сдвиг, это различие? Он говорит: "спрями дорогу" - "hа-йешер", а написано "hушар". В чем же здесь причина разницы? Есть похожие вещи и в Торе. Основной базовый уровень это то, как читается - "спрями", покажи мне прямоту этой дороги. То, как написано (без огласовки) можно прочесть таким образом, что Давид говорит: "Эта дорога в моих глазах все равно прямая, даже если будет происходить нечто, что у людей вызывает растерянность, потому что они могут думать, что такой праведник, а его наказывают. Так вот, веди меня по такой дороге, чтобы людям было видно, что это Твоя справедливость. Это та проблема, которая мучила Моше. Когда я вижу, что злодей наказан, а праведник благоденствует, получает награду, то я понимаю, что это справедливо. Если же я вижу, что злодей благоденствует, а праведник наказан, то у меня возникает страшное сомнение в Божественной справедливости, что очень опасно для нормального среднего человека. Поэтому Давид как бы говорит: "Я -то знаю, что Твоя дорога пряма, и как бы там ни было, я всегда припишу неприятности, которые на меня, не дай Бог, свалятся, тому, что это полагается по Божественному справедливому руководству и замыслу. Но другие люди могут на этом споткнуться". То есть, так же, как поучительно и полезно видеть наказание злодеев, точно так же очень опасно и вредно для простого человека видеть наказание праведника. И, быть может, в этом и состоит главный намек в том различии, как сказано, и как написано.